Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

«Только мать может понять целиком и полностью душу. Но этого всего ей не напишешь» – сокровенные переживания Нины Соловьевой. Почему она чувствовала одиночество даже в компании родных и друзей. И за что себя ненавидела? – публикуем новые подробности воспоминаний козельской журналистки.

Краткое содержание предыдущих «серий»:  Нина Георгиевна в военные годы вместе со своей матерью была выслана в Сибирь после расстрела отца. Семья поселилась в Красноярском крае, в деревне Ермиловке. Окончив школу,  девушка отправилась учиться дальше и поступила в сельхозшколу в Истре. Завершив обучение, Нина попадает по распределению на работу в Московскую область, в совхоз «Городище». После не сложившихся отношений с руководством совхоза и потери работы, Соловьева снова оказывается на малой родине – в Калужской области. Здесь, в Угодске, ныне городе Жукове, она снова садится за парту в агрошколе, где начинается беззаботная студенческая жизнь нашей героини.  

 В этой части её дневника – переживания Нины Соловьевой по поводу «не таких» мужчин в её жизни. 

9 апреля 1949 года 

Весна берет свои права. Почти всё стаяло. Только кое-где лежит снег. Работаем на практике на парниках. Парники – мое любимое занятие. Вспоминается работа в совхозе. А особенно 1 и 2 мая 1948 года. В школе учусь так себе. Уроки учить лень, да ещё весна и при всем этом чувствуются года полной зрелости. Как говорится, природа своё требует.  

Мои дурацкие привязанности к В.З. отошли полностью на задний план. Было время, что я его ненавидела, а в настоящий момент отношусь как ко всем. 

Получила неожиданное письмо от любимого друга – Николая. Очень-очень обрадовалась этому письму. Пишет очень сдержанно и мало. Написала ему ответ, жду от него второго письма. Пишет какой-то незнакомый Слава Давыдов из Инютина. Пишет Михаил Гаврилов, Алеша Волков и ещё изо Львова Фомяк Михаил. В общем,  пишет мне ребят 5 человек, и каждый желает вести дружбу и просит мою фотокарточку. И всё это – ерунда, чему я не придаю абсолютно никакого отношения. Если бы были встречи! Но на Николая я не надеюсь. Вероятно, самый надежный – Михаил Гаврилов. Но Николая мне жалко, так как первая ласка была подарена ему. Да, были у меня вечерочки, приходила домой в 5 часов утра. 

14 апреля 1949 года 

Вот уже как 3 дня не хожу в школу. Болит надкостница и поэтому болит голова, стреляет в ухо и абсолютно нет никакого настроения учить уроки, и вообще – апатия к жизни. Наилучшего нашего учителя по ботанике и земледелию, завуча Евгению Георгиевну, переводят в Калугу. Ходят слухи, что нашу школу хотят расформировать: первую группу в Боровск, вторую – в Калугу и третью – в Мещовск. Но пока ещё неизвестно. 

Итак… на чем мы кончили?  

1950 год 

Заглянем в мою жизнь. 

Прошло лето 1949 года. 

Проучились 1 семестр 2 курса. Учеба идет хорошо до некоторой степени, троек нет в семестровых отметках. Завтра все разъезжаются. Я еще осталась на один день. Дали путевку в Дом отдыха под Москвой. Но у меня такое настроение, что просто жутко. Я бы с удовольствием поехала к матери. Хочется и родных повидать вроде своих, а уж насчет жить с Маврой, то ножик острый. Вот почему-то сейчас мне вспомнились её слова о брате. Но это пока для меня остается загадкой. И существует ли такой или нет – это неизвестно. Только когда вспоминаешь, становится очень обидно. То, что только лишь мать является самым близким, дорогим и любимым человеком. Только мать может быть справедлива по отношению к тебе, только лишь она может понять целиком и полностью душу. Но этого всего ей не напишешь, не выкажешь ей всю наболевшую обиду. Так как этим нанесешь ей сердечное горе. Да и приходится быть в письмах с матерью сдержанной. А эта сдержанность может показаться подчас холодной. 

14 августа 1949 года 

Начались переводные испытания. Вот сегодня сдали по 2 предметам – по удобрению и русскому языку. Пока отметки хорошие, 5 и 4. Завтра пойдем провожать Полякова Пашу- «брата». Довольно-таки жаль ребят. Проучились 1 год так себе. Сегодня утром принес свои фотокарточки и просит мою.  

Только сейчас из кино. «Школа ненависти» – замечательный фильм. Оставил большие впечатления. 

Личная жизнь проходит бледно, одним словом. Мишка и Ленька больше всего пишут. Пишут Николай и моряк Валентин. Мишка и Ленька всё пишут в письмах насчет дружбы, но я остаюсь нейтральной. Если бы так писал Николай! Но, очевидно, с Колей ничего не выйдет. Хотела поехать повидаться в Городище, но, вероятно, теперь его возьмут в армию. А с моряком – просто бумажная волокита. Приезжал на побывку Виктор Нечаев – брат Гали. Рассказывал  о своей жизни на Балтике. Передавал привет от Валентина. Но откровенно почему-то не пришлось поговорить. Виктор – парень хороший. Я его как увидела – была увлечена 1 день. Обещался написать кому-нибудь из нас. Конечно, как моряк, гордится собой. А все-таки ничего, парень простой. Да что о нем говорить, как говорится, не в свои сани не садись. Вот показался он один за весь год – и больше никого более в перспективе. Конечно, скучно. Природа своё требует, но – увы! К сожалению. 

Недавно поругалась с директором и химиком. Собственно говоря, не поругалась, а были серьезные разговоры. Поставили за поведение за первый семестр 4 и за второй – 4. Да что же это такое, разве я этого достойна? Уже и так (ред.: предложение не дописано до конца)… 

1950 год 

Мои личные дела в стадии замирания. «Засечь», выражаясь образно, никого не приходится. Была, по первости, увлечена своим земляком Николаем Мазуром, но в настоящее время пришлось об этом прекратить думать. Зачем тянуться за ребятами, которые моложе года на 2? Хотя бы какого, подходящего по годам. На всё у меня отвращение. Какая-то замкнутая, злая становлюсь, хотя мой характер некоторым нравится, но я чувствую, что испортила я его. Другой раз сама себя ненавижу и презираю. И зачем такой урод зародился на свет. 

28 февраля 1950 года 

Последний день в школе у всех, но я ещё 2 ночи ночевать буду. Поехали все наши, проводила. Взошла в общежитие – скука жуткая. Ходила в Угодск с угодскими девчатами, взяла деньги. Да, между прочим, один председатель мне нравится. Какой-то такой, благородный. Кажется, староста группы. Бычков. Не мешало бы засечь!!! 

Сегодня думала, что со скуки пропаду, но пришел директор, и мы, наверное, с час ходили по комнатам, тушили свет и выключали радио. Директор немного был подвыпивши. Потом зашел в мою комнату, поговорили минут пять. Говорит: «Пойду обедать». Мне думается, что он поговорил бы дольше, но был здесь в коридоре комендант. 

Сегодня передавали о снижении цен. Поедем, что-либо купим.  

Хочется съездить в Городище – засечь, вернее, сказать, возвратить Николая. Да, там ещё Валька Кирюшкин. Всё же вспоминается Городище. 

19 марта 19520 года 

Была в Доме отдыха в Щербинке, за Подольском – вторая остановка. Да, есть о чем вспомнить!!! Весело время прошло, замечательно. Наклюнулось, было, дело. Один симпатичный мальчик начал ухаживать, но – увы! Ах! Видно, несчастливая я на мальчиков. Взяли его из Дома отдыха в армию. Мне кажется, я бы с ним дружила. Эх, Саша, Саша!!! Сидим мы в кино. Он вперед меня сел уже, когда картина началась, вот и не знаю, специально это он так сделал или случайно? В общем, перекидывались парой слов, но я как-то особенно не обращала внимания. Мне и ни к чему. Потом сидим, он и рукой начал действовать. Потом он из-за Груньки ушел. Затем днем все со мной заговаривал. Вечером в раздевальне опять разговаривали: я, он (Саша) и Люба. Потом пошли, и он меня остановил, говорит, мол, я долго этого момента ждал. Но ведь я, дура, вырвалась и пошла. Я и не знала, что его в армию забирают. Что товарища забирают – знала, а насчет него не знала. Наутро я уехала в Москву, а он в армию – и все. Осталась на память фотокарточка,  адреса не знаю. А сначала жалко Сашу было… сейчас уже не то.  

Да, моя личная жизнь не улыбается. Нет в настоящее время близкой подруги или друга. Девчатам я личных переживаний не рассказываю – думаю, не стоит. Думается, если бы нашла друга по сердцу, всю бы ему душу рассказала.  

Из Дома отдыха ездили на экскурсию в Москву, 
в Третьяковскую галерею и в мавзолей. Но чувствовала себя неважно и поэтому без всякого настроения смотрела картины, голова болела. 

Срок кончился, и поехали в свою агро.  

В настоящий момент наша группа поехала на практику в совхоз по животноводству, а сижу, откровенно говоря, «филоню». 

Правда, болела голова, но сейчас так себе, немного болит, осталась в середине недели, думаю пойти. 

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *