Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Дом ветерана

Женщина, которая не жалея себя, копала во время войны окопы, хочет, чтобы ей на голову не текла вода, а из-под пола не дул ветер. Имеет право?

Екатерине Ивановне Яровой из Антипово в августе исполнится 94 года. Она единственный ветеран войны в плюсковском поселении. И казалось бы, этих биографических строчек уже достаточно, чтобы человек жил в комфорте, не зная никаких  бытовых проблем. Но увы!  В доме ветерана протекает крыша, разваливается отмостка, дует из-под пола, а окна, установленные районной администрацией семь лет назад…  не открываются.  Подробности в материале наших корреспондентов.

«Никуда отсюда не поеду»

Обычный с виду дом на обычной деревенской улице, и адрес вполне типичный Колхозная, 5. Но для человека, который здесь прожил всю жизнь, этот дом роднее всего на свете.  Тем более что и стоит он на том самом месте, где жили ее родители, где она сама  родилась… Нет, отсюда Екатерина Ивановна Яровая никогда никуда не переедет.  Даже дочь не уговорит.

 «Ни в квартиру, ни в дом никуда отсюда не поеду. Здесь доживать свой век буду», –  отмахивается ветеран на очередное предложение родни уехать в Козельск. И снова аргумент – дом родной, да и вся деревня тоже.  Здесь прожиты  и самые страшные моменты жизни, и самые счастливые: война, замужество, рождение детей, тут на кладбище похоронены дочка и супруг.

Живет в родном доме Екатерина Ивановна не одна,  с ней внучка Люба с мужем Виктором, правнук Илья. Все они инвалиды. Но, не смотря на их ограниченные возможности здоровья, Екатерина Ивановна ухожена, а в доме и на приусадебном участке чисто и аккуратно.

Вот если бы еще сделать ремонт… 

Подвиги детства

Хлебнуть трудностей Екатерине Ивановне довелось еще в детстве.  Чего стоит только потеря мамы. Для маленькой девочки это была трагедия.  Но вскоре новое горе – война. Екатерине в тот год исполнилось 14. Но о нежном возрасте можно было забыть.  Обмотав растрескавшиеся от холода и кровоточащие ноги портянками, Катя, как и ее сверстницы, пошла копать окопы.

«Немец к нам двигался от Плюсково. Нас отправляли туда, в Коробки,  Дешовки. Копали, много копали, трудно», – рассказывает нам Екатерина Ивановна. И не скрывает, было страшно: «Немец бросал бомбы, хотел в наших военных попасть. Помню, что однажды  снаряд упал в нашу деревню, в речку».

Но еще страшнее стало, когда немцы пришли в саму деревню.   

«Собирали продукты по деревне, отбирали кур, скот. Все их боялись как огня», – вспоминает Яровая. Чтобы не умереть от голода, жители деревни зимой собирали «тошнотики» – мерзлую картошку, оставшуюся в поле. Набрать целое ведро считалось большой удачей. Картошку потом толкли и пекли из этого месива блины. «Да как еще ели! Нарасхват! В ход шли и листья липы. Их сушили, перетирали и пекли лепешки», – вздыхает над воспоминаниями Екатерина Ивановна.

Во время войны девушка не гнушалась никакой работой. Мыла полы в школе, топила там же печи, заготавливала дрова, а еще восстанавливала скотные дворы: «Замазывали навозом, смешанным с глиной. Все это перемешивалось руками, ногами. Это тоже тяжело давалось, тем более, что мы  голодные ходили, головы кружились, но нужно было идти, работать», – рассказывает Яровая.  

Сегодня, слава богу, от голода голова ветерана не кружится, но вот щели родного дома в буквальном смысле приходится замазывать… В борьбе с холодом в ход идет даже мох. Но об этом чуть позже.

Горе семьи

Муж Екатерины Ивановны был родом из Барнаула. В Козельский район приехал для прохождения срочной воинской службы. Тут они и познакомились, здесь и остался он навсегда.

Из шестерых их детей выжили только трое.

«Она была беременна братом, когда ее корова ударила ногой в живот, ребенок родился мертвым», – включается в воспоминания дочь Яровой Раиса.

Вскоре новая трагедия: убили мужа.

 «Когда не стало папы, все думали, что мама от горя с ума сойдет. Мне рассказывали, я еще маленькая была, она меня качает, а бабушка говорит, что печь надо топить. Мама меня взяла и чуть, как полено, в печь-то и не кинула, машинально», – рассказывает Раиса. Бабушка закричала, остановила, Екатерина встрепенулась: «Ох, а я думала это дрова!».

Яровая долго переживала несчастье, муж мерещился ей всюду. Но нужно было брать себя в руки – трое детей, старшей всего семь.  Пришел на выручку председатель, сказал: «Катюша, выходи на работу дояркой». Снова тяжелая работа стала главной частью ее жизни.

«Ноги сейчас очень болят. Всю ведь жизнь в резиновых сапогах. Уходила в 4 часа утра, возвращалась домой в час ночи», – говорит Екатерина Ивановна.  Маме помогали дети: чистили коров, убирали сено. Да и за своим хозяйством надо было присматривать: корова, овцы, гуси, поросята, 50 соток огорода требовали внимания и ухода. А еще были километровые грядки со свеклой на колхозном поле, которые также всей семьей пололи, падая  с ног от усталости.

Типичная судьба многих семей, оставшихся без кормильца. Если бы не железный характер Екатерина Ивановны и помощь колхоза, который как мог помогал сеном и зерном, то, возможно, биография этой семьи была бы короткой.

И вот еще важная деталь. Как бы не было трудно, Екатерина Ивановна во второй раз замуж не вышла. «Некогда ей было: нас растила да учила все», –  жалея мать, рассказывает Раиса. 

Такой вот подвиг женщины.

Милый дом

Дети подрастали, уезжали учиться. Вроде все шло хорошо, но приключилась новая беда: сгорел дом.

Екатерина Ивановна попросила родственников временно приютить детей, а сама спала у себя на «погребке». Тут снова на выручку пришел колхоз: приобрел в Белеве сруб для своей работницы, перевез в Антипово, в последствии Екатерина Ивановна, заняв денег, выкупила избу.

Как предполагают Яровая и ее родственники, этому дому наверняка более века: Екатерина Ивановна живет в нем более 40 лет, а ведь и в Белеве он стоял примерно столько же, если не больше.  

Но подсчитывать годы «старику» занятие здесь для всех болезненное. Ведь жить в доме становится все тяжелее. Он требует серьезного ремонта. 

Крыша течет прямо на печку, разваливается отмостка. Родственники Екатерины Ивановны постоянно что-то латают, замазывают и шпаклюют, стены утепляют ватой и мхом, но все тщетно. Холод зимой в этих стенах днюет и ночует.

«Дом весь худой. Одну печку, та, что еще функционирует натапливают в холода докрасна, стены начинают течь. Вся эта сырость потом, когда печь остывает, замерзает к утру до ледяных корок», – жалуется дочь ветерана Раиса.

Сама Екатерина Ивановна лишь тяжело вздыхает:  «Не дожить нормально эту жизнь».

А где власть?

Родственники Яровой уверяют, что пока власть помогала лишь однажды . В 2014 году Яровой поставили окна.  Правда их нельзя открыть.

 «Просили ведь мы, чтобы хотя бы одно из них открывалось, проветривать же надо комнату, так нет, все окна глухие, не открываются, где такие нашли для установки не понятно, но живем мы, как в аквариуме», – рассказывает Виктор, родственник Яровой.

Вентилятор в духоту здесь не включают. Екатерина Ивановна из-за него простужается.

Родственники ветерана уверяют, что отремонтировать дом представители районной и сельской администрации обещали все в том же 2014 году. Но следующие семь лет власти напоминали о себе лишь перед 9 мая. В этом году сотрудники плюсковской администрации вновь навестили Екатерину Ивановну, родственники же снова попросили помочь с ремонтом. И, как казалось на тот момент, их просьбу услышали. На Колхозную приехала целая комиссия с района, фотографировали крышу, терассу, соглашались, что да, дом в ужасном состоянии. По словам все тех же родных, сотрудники администрации предлагали даже дом снести и поставить на его месте новый. Но потом все же решили отремонтировать этот.  Да вот только возникла новая перипетия.  Бюрократическая.

Надежда на нетекущую крышу снова стала рушиться.

Раиса, дочь ветерана: “С нас попросили договор купли-продажи, тот самый, который мама заключила с колхозом, когда выкупала жилье. Мы отдали. Но нам сказали – не проходит, нужна выписка из ЕГРН. Мы так и не поняли, что значит “не проходит”, юрист знакомый сказал, с документами все нормально, все действительны”…

На самом деле эту историю с бюрократической проволочкой можно описывать долго. В ней хватает своих сложностей, возникших, скорее всего, из-за чьей-то лени, некомпетентности или простого равнодушия. Самое важное здесь, и это пример для других, родственники продолжали бороться за то, что государство и без того должно было сделать для ветерана.

И вот почти хэппи-энд. Совпадение или нет, но после того, как дочь Екатерины Ивановны обратилась в редакцию, после того, как мы начали интересоваться этой историей на разных этажах власти, дело в очередной раз сдвинулось. Раисе позвонили и сказали, что больше волноваться о документах не надо, уже “все проходит”, ремонт будет сделан, сейчас составляется смета.

Одно тревожит дочку ветерана Яровой: успеют ли с ремонтом до осени? И не случится ли что-нибудь еще в последний момент? А то уж очень не хочется еще раз обнадеживать Екатерину Ивановну. В жизни ей хватило эмоциональных потрясений.

Мы будем следить за ситуацией.

Текст: Анастасия Королева

Фото: Виталий Верескун

Поделись с друзьями:

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости
Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie.
Принять