Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

«Меня «грызет», когда небрежно относятся к скотине»

Несколько часов из жизни козельского ветврача

Сергей Олегович Фадюшин – ветврач нового поколения,  парню  всего 24 года. Но, несмотря на возраст, свой авторитет он уже заработал –  от вызовов нет отбоя, вечер буквально расписан по минутам.  Был бы расписан и день, но в это время Сергей трудится на большом животноводческом комплексе в Перемышльском районе. Чтобы поговорить о профессии и о жизни, мы решаем встретиться с нашим героем на заправке поздно вечером. Ветврач, дожидаясь нас, чтобы не терять время, успел выпить кофе и заправить машину. «Не хотите со мной съездить по вызовам: во Фроловское и в Новое Казачье? Посмотрите мою работу,  а по дороге и поговорим?», – предложил Сергей Олегович. Конечно, хотим. Поехали.

«Никогда не давай себя зажалеть!».

Во Фроловском Сергея просили корову осмотреть – стельная ли она? А другая буренка – недавно после родов, ее хозяин хочет убедиться, что все в порядке.

«Я большей частью работаю с крупно-рогатым скотом, мелкие пушные животные – да, я могу помочь, но не всегда», – рассказывает нам по дороге Сергей.

А было время – это еще в студенчестве – Сергей занимался кошками-собаками.  Был тогда такой бартер: «Я после пар, каждый вечер мыл  полы в клинике, а меня за это учили работать с животными: инъекции, операции. Денег я за это не просил, услуга за услугу».

Разговор снова переходит на крупно-рогатых. Сергей даже за рулем думает о работе, поэтому – не то для нас, не то для закрепления информации –  рассказывает, как проходит беременность у коров.  У них оказывается, те же болезни, что и у людей, бывает и ослабление организма после родов. Поэтому опытные ветврачи подготавливают «рожениц» к отелу – снабжают животное всеми нужными компонентами, которые оно будет терять о время беременности.  По мнению молодого ветврача – за коровами нынче специалисты  наблюдают  лучше, чем в некоторых больницах – за людьми.

  – Вы можете счесть грубым, то, что я сейчас скажу. Но я хоть сам и занимаюсь только животными, в больницу, неважно какую, к «человеческим» врачам, помирать буду, не пойду. Я всегда лечился сам, анализируя ситуацию,  – признается Сергей. – Заболел пневмонией:  обнаружил, что у меня дыхание утяжелилось, кашель. На рентген не пошел, поехал, купил себе отхаркивающее, разжижающее, антибиотик и жаропонижающее. При этом я умудрялся ездить по частникам, так как ситуации там были сложные. Меня прабабушка учила: «Никогда не давай себя зажалеть!». Ведь то, что нас не убивает, делает нас сильнее, так?

– А вдруг у Вас коронавирус был, а Вы по клиентам?

– Нет, я делал анализ. Кстати, про корону. Для крупно-рогатого скота еще в 2015 году нам привезли вакцину из Голландии. Называлась она «Ротавек корона». Применялась для профилактики ротавирусной и коронавирусной инфекций, кололась коровам на пике их запуска, то есть за 2 месяца до отела. Что корова не теряет своего иммунитета, что теленок рождается с приобретенным иммунитетом против этих болезней. Кстати, я привит.

Все началось с кроликов

– Сергей, а откуда вообще у Вас пошло увлечение ветеринарией? Может, это наследственное?

– Папа у меня кинолог, но, скажу честно, не поэтому. В детстве, в 12 лет,  я завел кроликов, пять штучек. Они у меня заболели, у них появились шишки. Это миксоматоз, но тогда я этого не знал. Стал узнавать, искать в Интернете, спрашивать у людей, думать, как помочь кроликам. Ну и потом я встретил одного ветеринарного врача, с которым я до сих пор общаюсь, он мне все хорошо объяснил – про болезнь кролей. Мне стало интересно заниматься животными. Родители были в шоке, когда я, на свое 13-летие, попросил у них себе, как подарок на день рождения, инкубатор. Мне его подарили, я взял 100 рублей и купил десяток куриных яиц у соседки. Да, вывел цыплят, 2 петушка, 5 кур, как сейчас помню. Вот с этого все и началось у меня. Заново завел кроликов, начал прививать их, как положено, чтобы не заболели опять. Все удивлялись: они у меня не болели. Я к моим 18 годам развел большое хозяйство: было еще 80 уток, 500 перепелок, 100 кур и около 100 кроликов – за сезон. Занимался сам. Родители, конечно, помогали, но большую часть времени своему хозяйству уделял именно я. Загоны построил из старого кирпича, который мне отдали бесплатно. Выкопал фундамент, поставил сарай с печью, под чутким руководством отца. Но все равно немного получил «леща» от папы, потому, что неправильно сделал печку – я брал рекомендации из книжки. У меня в моей постройке зимой температура была 22 – 23 градуса, тепла, разумеется. На удивление всем, 31 января, курица у меня вывела 15 цыплят.

Так я и заработал себе на первую машину и на обучение вождению. Но вывел потом свое хозяйство потому, что у нас сгорел дом, и мы переехали в квартиру.

“Корова сама греет, как печка”

Тут разговор прерывается. Мы подъезжаем к одному из коровников  во Фроловском. На улице серо, и льет дождь. Сергей закидывает руку на заднее сиденье, берет заранее собранный пакет, в котором лежат защитный комбинезон, перчатки, инструменты, и мы все вместе шагаем к коровнику. Там нас ждет Антон, хозяин буренок.

По дороге Сергей нас инструктирует: резких движений, громких звуков быть не должно, это стрессует животное. Реальный случай из его практики: корова, занервничав, наступила врачу на ногу, и, можно сказать, развернулась на ней. Итог – несколько недель в гипсе.

Ветврач надевает «Каспера».

– Проверять корову буду ректально, – предупреждает он нас о том, что зрелище будет жестким. Берет банку крема, мажет им перчатку и лезет корове под хвост.

Выяснив, что с недавней роженицей все в порядке, Сергей идет ко второй корове определять, беременна ли она. Снова на руку перчатку, снова обработка кремом: способ обследования – тот же.

– Есть УЗИ аппарат – ну я ж говорю, у коров многое, как у людей! Но я определяю беременность уже лет 5 так, наощупь, пальцами. Настолько рука привыкла, что я спокойно нахожу эмбрион с 36 дня после осеменения, – рассказывает во время осмотра коровы Сергей. И шутит: зимой, у них на комплексе, где он работает, температура низкая для человека, так надо для здоровья коров – поэтому такой ректальный осмотр за радость: помогает согреть руки. Да и корова сама греет, как печка, температура тела около 39 градусов.

– Родит через 7 месяцев, –  выносит вердикт Сергей и переходит в загон – нужно осмотреть месячного теленка. Чтобы «пациент» не дергался – ветврач дает ему свою руку. Малыш сразу начинает ее сосать и успокаивается. Рядом коза, породистая, чешская, кирпично-коричневого цвета, зрачки у нее, на удивление, круглые. Она тоже оживляется, и видимо, надеясь привлечь к себе хоть чье-то внимание, становится на задние ноги, перегибает в телячий загон голову, мекает и лупит копытцами по доскам. С теленком тоже все в порядке. Сергей дает рекомендации хозяину и идет собирать вещи.

«Мой стимул – забота»

Пока собираемся, Сергей рассказывает о себе:

– Когда у нас сгорел дом, то это было большим стрессом и трауром для всех – папы, мамы и нас, четверых детей. Двое младших, брат с сестрой – приемные. Но это так, по документам, на самом деле они давным-давно родненькие наши.  И вот после пожара органы опеки добавили масла в огонь –  предложили  вернуть детей в детский дом. Нет, никто не отбирал, конечно, просто советовали, что ли…  Мама очень переживала, нервничала. И однажды звонит сестра, Настюха, плачет: «Маму увезли на скорой!». До этого у нее было высокое давление, предынфарктное состояние, а ее положили в нашей больнице и ставили отравление. Я приехал ночью, меня не пускали, но все же вломился. «Мама, – говорю, – до утра потерпишь?». «Да», – отвечает мне. Утром ее отдавать не хотели, я на эмоциях, злой, сцепился с главврачом. Ну, отпустили, под мою ответственность. Взял в дорогу с собой знакомую медсестру, и повез маму в Калугу. Ее сразу поместили в реанимацию, меня врачи обещали держать в курсе, но не звонили три дня.  Этот первый день, когда я не спал, был весь на нервах. У меня к тому же шли вступительные экзамены на «вышку». Сдал, поступил, сейчас на 5 курсе.

Мама выздоровела, но я за ней ухаживаю. Поэтому никуда из Козельска уезжать не собираюсь. Хотя мне и предлагали работу в Голландии, зовут в Нижний Новгород, Белгород. Я не могу оставить маму: отец работает в Москве, приезжает редко, старшая сестра – инвалид, а младшие – они еще слишком маленькие. Ну, знаете, как у вдвшников: «Никто, кроме нас». Я ложусь, то в 2, то в 3 ночи, а встаю, чтобы ехать на работу в 5. Мой стимул – забота.

Ветврач играет в сыщика

У Сергея, в его 24 года уже несколько профессий: диплом ветеринарного врача, техник искусственного осеменения, предприниматель ветеринарной деятельности и кинолог. Последняя профессия выбрана не случайно: отец Сергея работал кинологом в козельской полиции.

– Дрессировать собак меня научил папа. У нас дома раньше жили служебно-розыскные собаки: немецкая овчарка, восточноевропейская, ротвейлер и чисто черная овчарка. Каждая из них была натаскана на что-то определенное: след, задержание, взрывчатые вещества, наркотики. В итоге они потом стали нашими личными: мы их выкупили, привыкаешь ведь. Одна из них, кстати, сейчас работает в нашей полиции – мы отдали ее туда после того, как сгорел наш дом.

Перекур окончен, садимся в машину. Сергей тянется за бутылкой газировки, и,  прихлебывая, поясняет, что напиток крайне вреден, а хорош только одним, что поднимает сахар в крови, а он в свою очередь – адреналин. «А то кофе меня уже не берет, хотя и люблю его очень», –  смеется ветврач.

По пути опять говорим о работе. Сергей шутит:

– А вы знаете, что я всегда играю в сыщика? Ну, вот когда приезжаю на вызов и вижу больное животное, то начинаю: «Где гуляли, что ели, что пили? Вытягивать информацию из людей приходится клещами. И я всегда оставляю сомнение: будь это осмотр или операция, без этого в нашей профессии нельзя.

Но я скажу, что в 70% заболеваний животных виноваты сами хозяева. Надо помнить – ответственность за своих питомцев несут люди. Как сделать, чтобы корова давала молока больше? Соблюдать режим доения,  3 раза в день с перерывом в 8 часов. Это вопрос клиентов и мой ответ. Потом они же: «Сереж, у коровы, кажется, мастит!». «А вы ее как доите?».  «Ну, вот по-разному: то три раза в день, то два». И что после такого хотят?! Это ведь не игрушка, меня это сильно «грызет», что есть бестолковые люди, которые владеют скотиной.

Но у врача должен быть трезвый ум и холодное сердце. Я раньше многое пропускал через себя, пока не понял, что долго я так не протяну.

«Впервые в жизни у меня на руках умер человек, а я ничего не смог сделать»

Отдых у этого молодого ветврача получается почему-то с ноткой экстрима:

– Был недавно в Астрахани, ездили с невестой – она у меня тоже ветеринар – в гости к родственникам, рыбу половить. По дороге обратно, а едешь по степи, как по пустыни – чистая прямая дорога, увидели жесткую аварию. На полном ходу фура снесла «Скорую помощь»,  легковую машину и задела еще грузовик.  И все это за минуту, как мы подъехали к этому месту. Легковушке повезло – люди родились в рубашке, а «Скорая» на метров 20 отлетела в обочину, ее аж в восьмерку скрутило. Мы кинулись помогать. У медсестры открытый перелом на голени, я сделал тугую повязку, наложил жгут на поврежденную артерию. У водителя – черепно-мозговая травма. А самое страшное пришлось на пациента – его переломало всем медоборудованием, что находилось в «Скорой помощи». Самое страшное в этом то, что его госпитализировали с температурой, мужик не хотел ехать, как чувствовал, но родственники настояли. Мы его вытащили, стал слушать сердце: бьется слабо-слабо, сломаны ребра, смещен таз. Стал расспрашивать медсестру, где у нее «тревожный» чемодан с обезболивающим – не нашли, потому что все из «Скорой помощи» разлетелось по степи. Я стал проверять пульс – в минуту 5-6 ударов. «Кофеин-бензоат натрия есть?», – спрашиваю у медсестры. Да, есть. Коробочку, в которой он лежал, нашли, а самого лекарства в ней не было – выпало тоже. И мужчина скончался. Впервые в жизни у меня на руках умер человек, а я ничего не смог сделать.

Какое-то время едем молча, Сергей закуривает, и, немного успокоившись, продолжает рассказывать о себе, о том, как снимает напряжение.

– Клиенты, бывает, даже приезжают ко мне домой: «Поехали, надо, срочно!». Поэтому, когда я отдыхаю, то отключаю телефон – должна же быть разгрузка у человека.

Я очень люблю водить машину, особенно опасное вождение. В Спас-Деменске есть специальный полигон, где можно взять в аренду машину и посоревноваться. Тот же дрифт и все остальное. Периодически туда приезжаю. У меня две машины – одна для работы, другая – любимая.

Чинит Сергей их сам: «Я еще буду по сервисам ездить! Сам люблю с машинами ковыряться».

Ловкость рук, понимаете ли…

Так за разговорами приезжаем в Новое Казачье – здесь Сергея ждут две коровы, им нужно провести профилактику гипокальцимии, она необходима для здорового потомства.

Сергей рассказывает нам очередной факт из удивительного мира животных  «Если у коровы вдруг рождается двойня, и один из телят – бычок, а второй – девочка, то вероятнее всего, девочка будет фримартином – «гермафродитом», без матки. Все потому, что организм коровы-роженицы истощен и не справился с нагрузкой. Бык забирает все силы и энергию  у матери».

Одна из «пациенток» в Новом Казачье, белая с рыжим, очень нервная. Черная, крутолобая буренка тоже недовольно машет головой. И вот тут начинаются настоящие чудеса. Как Сергей набирает лекарство в шприц – видим. Видим, как подходит к корове – укол надо делать в шею. Но молниеносное движение, которым он вводит кальцийсодержащий препарат,  уловить нашим зрением не получилось. Действовать  быстро необходимо для самосохранения: коровам больно, и они могут сделать человеку тоже больно, но уже гораздо сильнее… Бонусом за нашу храбрость –  снимки вблизи от «опасного зверя»: Сергей показывает, как коровы обнимают человека:

– Видите, шеей меня обвила? Это она рада, ласкается и обнимает.

Наобнимавшись  с подопечными, ветврач выходит на улицу. Все небо уже давно в звездах.  

«Ну, вот примерно так у меня каждый день, – говорит Сергей, – Еще бывают трудные роды, кесарево сечение и операции – это, конечно, время больше занимает». 

Мы с фотографом сочувственно вздыхаем, но тут же – и это происходит одновременно – ловим себя на мысли, что человека надо не жалеть, за него нужно только радоваться.

– Вы ведь счастливый человек, Сергей! Нашли свое призвание! Востребованы!

– Да!  – соглашается молодой ветврач.  И, скромно улыбаясь,  смотрит на звезды. 

Анастасия Королева

Фото: Виталий Верескун

Поделись с друзьями:

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости
Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie.
Принять