Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Не забыть Веснины. К годовщине начала Нюрнбергского процесса

20 ноября 1945 года начался Нюрнбергский процесс.  Главные «герои» фашизма предстали перед международным судом. Из материалов процесса и речей обвинителей весь мир узнал о зверствах людей, которые мечтали построить «новый рай».  Звучали на процессе и  географические названия Калужской области. Одной из ярких «улик» против фашизма стала трагедия, которая разыгралась в шестидесяти километрах от Козельска – в селе Веснины (Ульяновский район).  В 2020 году я снял  короткометражный документальный фильм «Веснины. Памяти памяти». Но сегодня самое время рассказать эту историю на страницах газеты.

Не сказать, что я сюда стремился попасть. Скорее, это вышло случайно. В разговоре с директором Ульяновского краеведческого музея проскользнуло название неизвестного для меня села Веснины. Красиво звучит, подумал я. Оказалось, история села трагична. Причем настолько, что, услышав ее, ни о какой красоте ты уже не помышляешь.

Потому что разве может быть красивой смерть?

кадр фильма “Веснины. Памяти памяти”

В селе Веснины в феврале 1942 года фашисты расстреляли всех жителей. В том числе 54 ребенка, самому маленькому было два месяца. Женщин и детей ставили на край оврага, дальше – выстрелы. Теперь здесь братская могила с одним из самых трогательных памятников, которые мне когда-либо удавалось видеть. Грустная женщина-мать, как бы обессилев от горя, сложила руки на колонну, и, кажется, вот-вот под тяжестью этой тоски каменная глыба рухнет.

Под этой матерью скульптор подразумевал Россию.

Но, впрочем, чтобы увидеть этот мемориал, нужно еще доехать. Дорога от Ульянова в сторону Веснин сначала нудно петляет, а потом и вовсе превращается в полосу препятствий. Вообще, когда едешь по Ульяновскому району, ощущение, будто бы война здесь была вчера. Слишком много разрушенных храмов, брошенных деревень, сгоревших изб, разбитых дорог. Хотя, быть может, «вчера» – это слишком маленький срок для того, чтобы затянулись раны войны. Немцы утюжили этот район два года, редко какая деревня уцелела. Я нашел в архивах интересный документ – письмо трудящихся Ульяновского района бойцам и командирам Красной армии.

«Больше 22-х месяцев страдали мы в условиях мрака, бесчинства и насилия, – говорится в письме, – с присущей немцам бесчеловечностью ходили фашистские головорезы по нашим селам. Грабили наше добро, разбивали дома, казнили и мучили неповинующихся, загоняли нас в трудовые лагеря, насаждали рабство. В Ломенском трудовом лагере немецкие изверги ежедневно устраивали кровавые оргии: на двадцати специально приготовленных станках утром и вечером пороли шомполами и плетьми женщин, стариков и детей».

Финал письма невероятно сильный. Вот лишь одна строчка: «Мы благословляем своих освободителей и защитников на новые подвиги в грядущих сражениях с проклятой фашистской ордой».

«Мы благословляем» – что они еще могли сказать? На что они еще могли надеяться?

Веснины, наши дни

Есть в этом письме и про Веснины. Хотя про Веснины была написана в годы войны отдельная заметка, которая ходила по окопам советских солдат, пробуждая в них ненависть.

Так что же именно произошло в этом селе, дело о котором легло в расстрельный приговор главарям Третьего Рейха? И почему мы об этой трагедии забыли? Ведь помним же мы Хатынь, «а это вторая Хатынь», говорит директор ульяновского музея Геннадий Азаров.

Все началось, когда в январе 42-го партизаны выбили немцев из Веснин. Правда, удержать деревню сил у наших не хватило – фашисты привели подкрепление из Мелихова, что тут неподалеку.

«С колокольни церкви строчил пулемет, а от большака немцы по нему и по селу били из пушек. А у партизан пушек не было. Не удержали они село, отошли в лес», – вспоминала позднее чудом оставшаяся в живых местная жительница.

Веснины, наши дни

Немцы, узнав, что им потрепали нервы партизаны, решили мстить. Но партизан попробуй еще найди, а мирные жители – женщины и дети – вот они. То, что произошло дальше, не укладывается в голову нормальному человеку.

Карательный отряд немцев собрал всех жителей в общественную баню. Немного погодя из бани стали выводить по 10 человек – по пять мужчин и пять женщин.

«Из бани, правда, и больше выходило. Это женщины несли на руках маленьких детей или вели за ручку детей постарше, – вспоминала все та же уцелевшая. –

Людей ставили у погреба, на краю овражка, и расстреливали. Никого не пощадили – ни стариков, ни детей малых».

Много в те дни погибло людей случайных. Так, например, услышав шум в Веснинах, туда побежали жители соседних сел. Некоторые из них оказались в той же бане. Или, например, дедушка с внуком пошли в Веснины по делам, не дошли – подорвались на мине.

Сама смерть в ту зиму выбрала своим жилищем Веснины. И, надо сказать, ее след до сих пор не зарос. Когда мы все-таки добрались до этого печально известного села, я был шокирован тем, как необычно здесь растут деревья. В разные стороны, закручиваясь вокруг невидимых стержней, стелясь по земле, будто и они не могут выдержать горя. Многие из деревьев обуглены – молния любит ходить за смертью по пятам.

Пробирающее зрелище.

Веснины, наши дни

К тому же со времен войны на месте, где раньше была деревня, никто больше не строился. Сгоревшие дома и улицы все еще выглядывают из-за травы и кустарников, которые давно здесь чувствуют себя хозяевами. Но, чтобы стереть Веснины с лица земли, им нужно еще лет сто.

Чтобы стереть Веснины из нашей памяти, понадобилось гораздо меньше. Иначе бы сюда ежедневно приезжали автобусы с детьми. Потому что нет урока патриотичнее, чем побывать там, где погибли мирные люди, твои сверстники, во всем такие же, как ты… Во всем. Такие же.

Но, как писал в своей поэме Павел Антокольский, чей сын погиб недалеко от Веснин, «поезда не приходят оттуда, самолеты туда не летают».

кадр из фильма “Веснины. Памяти памяти”

А ведь сам Промысл устроил так, чтобы мы об этой трагедии знали не легенды, а факты. Двум девушкам удалось спастись, одна из них Евдокия Хохлова, чьи воспоминания мы приводили выше. Они упали в овраг, и их просто завалило трупами. Ночью они выползли из-под тел и кое-как добрели до наших – советские солдаты уже сжимали кольцо на ульяновском направлении и были очень близко к Веснинам. К сожалению, бойцы пришли туда поздно. Когда их уже никто не мог встретить.

Мы тоже слишком поздно открываем для себя свои веснины. Потому что подобных историй на нашей многострадальной земле хватит на долгие поколения. В том же Козельском районе их достаточно. Беда лишь в том, что нам эти истории больше не интересны. Мы нашли для себя другие поводы для страданий, слез, и помним мы теперь разве что утреннюю топовую новость, нежели то, что было на нашей же земле меньше века назад.

Память больше не в цене. О ней думают разве что учителя сельских школ, новое поколение городских педагогов, будем честны, никогда не отвезет свой класс в Веснины. Лучше – в зоопарк. Куда угодно, лишь бы не будить эту самую память.

Увидев черный скелет дерева, которое обнажилось после расстрела малышей, никто уже не сможет быть прежним. С этого момента начинается пробуждение памяти. Самосознания. Любви. Захотите ускорить этот процесс – не тратьте время на телевизор и блоги, а прямиков отправляйтесь туда, куда не летают самолеты и где погибшие дети, если верить тому же поэту, топчут землю босыми ногами.

Максим ВАСЮНОВ

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *