Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Три космических богатыря из Сосенского

Инженеры Михаил Прошкин, Юрий Козлов и Роман Щербаков накануне Дня космонавтики рассказали  о своей работе на Байконуре  

С моими героями я встретилась утром на проходной приборостроительного завода. Честно говоря, немного волновалась, поскольку впервые в жизни предстояло беседовать с живыми легендами. К тому же до этого момента на тему космоса мне не доводилось писать ни разу. Но волнения оказались напрасны. Собеседники  всего за час провели для меня эксклюзивный космический «ликбез».

«Корабль как автомобиль не обкатать»

– Даже не верится, что вы и вправду на Байконуре бываете…

– Ездим туда регулярно, начиная с 2010 года, – первым вступает со мной в разговор заместитель начальника отдела Михаил Прошкин. – Наш завод изготавливает аппаратуру автоматизированной информационной системы (АИС), с помощью которой мы проверяем перед стартом всю электронную начинку корабля. Работаем плечом к плечу с нашими коллегами из ракетно-космической корпорации «Энергия», которые собирают «Прогрессы» и «Союзы».

– И сколько же на вашем веку этих запусков было?

– Каждый из нас хотя бы два раза в год ездит на космодром. Так что по 20 запусков приходится на каждого из нас. Если же подсчитать общее количество, то наши специалисты ездят на Байконур как минимум 4 раза в год. Так что считайте.

– А сколько, если не секрет длится подготовка одного корабля?

– Процесс очень длительный, – говорит регулировщик Юрий Козлов. – Он занимает несколько месяцев – три точно, поскольку нужно проверить всё от «а» до «я». Сначала проверяется наличие всех комплектующих, затем начинается процесс монтажа, потом проводится проверка. И так – на каждом этапе. А корабль, как известно, состоит из нескольких десятков частей. И уже после окончательной сборки аппарат транспортируется на рабочее место, где вновь подвергается тотальной проверке.

– В Калуге я видела дубликат корабля «Восток-2» – огромная конструкция. «Прогрессы» и «Союзы» наверняка больше. Сколько же специалистов, помимо вас, участвует в процедуре сборки?

– Много! Только в одной стартовой команде около пятисот человек. А проверяется и обслуживается очень много систем. Поэтому здесь и финансы большие задействованы. Огромная ответственность лежит на каждом специалисте. Если что – голова с плеч, не меньше, – замечает Юрий Николаевич.

– К тому же после неудачных запусков каждый раз создаётся правительственная комиссия, которая проводит расследование таких случаев. Сами понимаете – на запуск работает вся страна, задействованы все силы. И если случается неудача, то в масштабах России это самое настоящее ЧП, – говорит Михаил Алексеевич.

– А есть генеральные репетиции запусков, чтобы избежать ЧП?

– Есть. За три дня до запуска проводится тщательная проверка всех систем корабля, – говорит Юрий Николаевич. – Есть ещё резервные дни на случай, если что-то пошло не так. Перед самым стартом назначается заправка и уже в условленное время происходит сам старт.

– Старт на холостом ходу или?..

(смеются все)

– А всё! Старт – настоящий! Это не машина – топливо из бензобака не слить. Корабль как автомобиль не обкатать.

– Вот это ответственность!

– Вот поэтому и проводится многоступенчатая проверка: сначала на техническом комплексе, затем – на стартовом. Для этого ракету устанавливают в барокамеру.

– Теперь понятно, почему подготовка длится так долго…

Пуск ракеты-носителя «Союз-2.1а» с грузовым кораблем «Прогресс МС-16» к   Международной космической станции, фото: Роскосмос

«Это бренд»

– Почему на космодроме не могут обойтись без вашей помощи?  

– Потому что мы – изготовители комплексной системы АИС. Без неё ни один аппарат не тронется с места в космос,  – говорит Михаил Алексеевич. – К нам на завод однажды из Калуги приезжали, снимали репортаж про этот комплекс. А он, замечу, занимает целый этаж корпуса. Поэтому если на Байконуре во время монтажа возникают какие-то вопросы по тем же кабелям или стойкам, то представитель завода-изготовителя должен быть рядом, чтобы быстро решить проблему и продолжить сборку. Из графика никто не должен выбиваться. Всё должно работать как единый организм.

– Получается, что,  филиал ФГУП «НПЦАП» – «СПЗ»  – это брендовое предприятие, отвечающее за высокое качество своего продукта?

– Несомненно. Мы начали делать первые комплексы ещё в 2008 году. Прошло 13 лет, и за это время не было ни одного неудачного запуска. Да, единичные случаи отказов были, и то только во время проверки.  В России всем известно, что качество нашей продукции очень высокое. Это действительно бренд.

– Ответ более, чем исчерпывающий. Тогда расскажите вкратце, какой он – Байконур?

– Для нас это пустыня, а для местных – степь, – отмечает Юрий Николаевич. – А вообще Байконур – территория России, арендуемая у Казахстана. Все специалисты летят туда как за границу. Проходят таможню, потом едут в город Ленинск, а оттуда – на место испытаний. На Байконуре мы живём в гостинице, отрезанными от цивилизации. Это отдельный мирок, где летом очень жарко. Там же пустыня – в тени 40 градусов. Но Россия много задействовала ресурсов, чтобы там было можно работать в человеческих условиях. Чтобы и кондиционеры, и вода всегда были рядом.

– Ну, почему же на территории России сразу не построили такую площадку?

– Строительство «Восточного» идёт. Но это очень большие деньги, огромный объём задач. Ведь заводы-изготовители в основном находятся в европейской части России. Хоть проблем и много, но строительство стартовой площадки ведётся.

«Не может быть…»

– Давайте вернёмся с нашего востока обратно на Байконур и поговорим о запуске. Вы этот процесс хоть раз своими глазами видели?

– Большинство из наших специалистов не видели, потому что стартовая площадка далеко. Но мне однажды посчастливилось понаблюдать за этим зрелищем – очень впечатляющая картина, – говорит Юрий Козлов. – Вот и туристам теперь это стало возможно – для них построили смотровую площадку в километре от стартовой.

– Наверное, от желающих увидеть такое действо отбоя нет? 

– Конечно! Для таких любопытных и гостиничные комплексы построены, и вся необходимая инфраструктура создана.

– А может такое случиться, что туристы соберутся, а старт возьмут да и отменят? И не по техническим причинам?  

– Бывает и такое. От погодных условий тоже многое зависит. Там же пустыня, поэтому очень сильные ветра, из-за которых корабль, как консервная банка…

– Собьётся с курса?

(снова все смеются)

– Вы видели в музее космонавтики ракету «Восток-2», – говорит Михаил Алексеевич. – Так вот во время сильного ветра её укладывают на землю.

– Не может быть…

– Может, – улыбается Юрий Николаевич. – Вот и на космодроме укладывают и ждут, когда ветер стихнет. К тому же необходимо уложиться в установленные графики. Потому что момент пуска синхронизируется с моментом пролёта МКС. На экваторе он летит на синусоиде. Это происходит не всегда. Просто этот момент надо поймать.

– Ой, это же всё надо высчитать…

– Есть люди, которые это высчитывают. Вот и надо в эти графики укладываться, учитывая погодные условия, неисправности.

9 апреля 2021 года со стартовой площадки № 31 космодрома Байконур выполнен пуск ракеты-носителя «Союз-2.1а» с пилотируемым кораблем «Ю.А. Гагарин» (Союз МС-18) и экипажем длительной экспедиции МКС-65. Фото: Роскосмос

– Колоссальная ответственность… А космонавтов видели?

– Я Олега Артемьева видел, который ведёт свой блог в инстаграме,  – говорит Роман Щербаков. – Космонавты приезжают на Байконур после того, как заканчивается подготовка, – на примерку своих рабочих мест и на тренировки.

– А ещё космонавты стараются попасть к моменту вывоза корабля из сборочного комплекса на стартовую площадку, – добавляет Юрий. – На это событие собираются посмотреть многие, иностранные делегации слетаются. Представьте только, как ракетовоз по железной дороге выезжает и вывозит готовый аппарат…

– Да, эпично… Вот бы нам такой репортаж в газете сделать!

«Молодым – везде у нас дорога»

– Кстати, а вы на Байконур втроём ездите?

– Нет, всего у нас пятеро специалистов, обеспечивающих подготовку к запуску. Сейчас там наши Павел Бедин и Сергей Жариков. Один обеспечивает запуск «Союза», другой –многофункционального лабораторного модуля. Про этот модуль, кстати,  сейчас много пишут, – отмечает Роман Щербаков. – А руководители находятся здесь – на заводе, готовые в любой момент дать консультацию.

– Бывает, что приходится трудиться в круглосуточном режиме, решая технические проблемы в ходе испытаний. Но причину «запотыка» все и всегда находят быстро – связываются с представителями своих организаций, с теми, кто находится на «большой земле», – говорит Юрий.

– Да и у нас в экстренных ситуациях приходится оперативно принимать решение. А на космодроме ты один от всего завода. Поэтому звонишь в центр, – говорит Роман.

– Поэтому на Байконур я давно не езжу, – «подытоживает» Михаил Прошкин.

– Наверное, поэтому вы весь седой, Михаил Алексеевич?

(смеёмся все вместе)

– Да, за всё надо нести ответственность. Да к тому же я много лет отработал начальником отдела, но в 2013-м, достигнув пенсионного возраста, уступил место молодому и энергичному специалисту Володе Аношину. А сам продолжаю заниматься любимым делом – техникой.  

– Давно заметила, что молодёжь на вашем заводе занимает все «боевые» посты. Начальники, заместители – все молодые. Это правильная политика. Вот и у Романа, по всей видимости, такое же будущее: совсем молодой, а без него ракета в космос не полетит.

– Не полетит, – улыбается Рома. – Мне сейчас 32 года, а на космодроме я с 2017-го «прописался». Но не один я такой молодой. Сейчас на Байконуре Серёжа Жариков находится, которому 27 лет, Паше Бедину – 34.

– Удивляюсь, как тебе удалось попасть в такую когорту профессионалов в столь молодом возрасте? Что ты для этого закончил?

– Сосенский радиотехнический техникум. Параллельно учился в институте по профилю «прикладная информатика».

– Если есть желание и мозги, то этого всё равно недостаточно – нужно попасть в нужное время в нужное место, – замечает Михаил Алексеевич.

– Рома, как тебе удалось попасть в нужное время и место?

– Пришёл после армии и попытал своё счастье на заводе, где как раз набирали в 271-й цех в отдел сборки и регулировки. Отучился, сдал на разряд. Так и в командировку попал на Байконур.

 «Не картошки урожай»

– Вот давайте туда и вернёмся. Я ведь впервые общаюсь с такими легендами, создающими современную историю космоса.  

– Да не легенды мы, а самые простые инженеры, которые каждый год отправляют на МКС «Прогрессы», «Союзы» с космонавтами и грузами. Мы лишь обслуживаем процесс доставки.

– Ну, знаете, до встречи с вами для меня космос был как сказка, что ли. А тут – вы с настоящим Байконуром и запусками!

– В запусках участвует практически вся страна, не только мы. Просто кто-то печёт хлеб, кто-то добывает уголь, а кто-то – выплавляет металл. А на Байконуре всё собирается воедино. Вся страна там. И вы тоже, – замечает Юрий Николаевич.

– А кто создаёт конечный продукт, тот отвечает за всю страну. На нём лежит груз ответственности, – продолжает тему Михаил Алексеевич. – Я, например, вырастил картошку, а урожай плохой снял, потому что сам виноват. А если я плохо запущу корабль, то всю страну подведу. Весь общий труд пойдёт прахом. Поэтому там работают люди очень грамотные. Этой элите помогаем мы – исполнители.

– Ну, хорошо, вы удачно запустили очередной корабль и вернулись на родное производство. Чем здесь занимаетесь?

– Плановой работой – изготовлением электронной аппаратуры. У нас комплексный отдел, где мы выпускаем конечный продукт. Весь завод работает на наш отдел. Кто приборы делает, кто кабель, кто – комплектующие. А мы собираем целое изделие, отлаживаем его, проверяем и отдаём заказчику. Всё зависит от объёмов производственной программы завода. Но всё, чем мы занимаемся и на заводе, и на космодроме, –  это потенциально опасные вещи, связанные с огромными финансами всей страны и с многочисленными судьбами наших людей.

Беседовала Евгения Симонова

Фото: Василий Батурин

Поделись с друзьями:

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости
Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie.
Принять