Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Бывшая козельчанка после страшной аварии стала помогать другим людям, оказавшимся в беде

Журналисты издания “РИА Новости” рассказали историю удивительной женщины. Наталья Якушева после автомобильной аварии лишилась возможности ходить. Но вера в собственные силы и необходимость воспитывать сына помогли женщине преодолеть множество трудностей. Несколько лет она работала в такси, и пассажиры даже не догадывались, что их водитель не может ходить. Сейчас Наталья живет в Краснодарском края и помогает людям, которые не могут сами о себе позоботиться.

Наталье Якушевой было двадцать три, когда она попала в аварию. Перелом позвоночника. Через несколько лет от прикованной к коляске женщины ушел муж. Чтобы прокормить себя и сына, она работала таксистом: сутками не выходила из машины с ручным управлением. А сейчас собирает и развозит продукты малоимущим, помогает одиноким старикам оформить пенсию и сделать ремонт.

Машина, летящая в кювет

Наташа родилась в семье военного. Все ее детство — постоянные переезды, разные школы, новые друзья. Жили и в Сибири, и в Казахстане, практически всегда — в закрытых режимных городах. В подростковом возрасте у нее серьезно испортились отношения с мамой. Проблему решили радикально: Наташа перебралась к любимой бабушке в Белоруссию.

В восемнадцать лет Якушева вышла замуж, родила сына Леню, но брак быстро распался: “Молодые были, да и у меня характер горячий, тяжелый”. С ребенком на руках она приехала к родителям — тогда они жили в Козельске, под Калугой. “Работала с папой: у него был магазин, канцтоварами занимались. Потом познакомилась со вторым мужем, поженились, а буквально через полгода попали в аварию”. Шел 1999-й, Наталье было двадцать три.

Фото из личного архива Натальи Якушевой

Она не хочет говорить о том, что пережила в летящей в кювет машине. Объясняет: это слишком тяжело. Однажды попробовала написать рассказ о своей жизни: “С меня семь потов сошло, рыдала”.

“Я не могла принять себя”

Диагноз: перелом грудного отдела позвоночника. Первое время Наталья была парализована почти полностью — не могла управлять ногами и правой рукой. Впоследствии чувствительность в верхней части тела восстановилась, но с инвалидного кресла она уже не встала.

“Еще вчера бегала-прыгала, хотела родить второго ребенка. И вот — тела не чувствую, ноги горят. Потом была серия операций. Но я верила, что буду ходить. Первые два года отказывалась садиться в коляску, говорила: “Зачем? Я делаю гимнастику, массаж ног, доктор сказал, нужно время, — подожду”. Я упиралась, не могла принять себя: как же так, у меня сын маленький, как я его в садик, в школу поведу?” После аварии — долгий период реабилитации. Наталья заново училась справляться с элементарными бытовыми задачами. Начала заниматься спортом на коляске: легкая и тяжелая атлетика, спортивные танцы, армрестлинг. “Я не добивалась результатов, просто нужно было движение”.

Она не хотела быть обузой, хваталась за любую работу: “То как диспетчер принимаю заказы на изготовление металлических дверей, то шнурки делаю — мне вся семья помогает”.

“Первая, как космонавт”

О втором муже Наталья говорит с благодарностью — ведь он не бросил ее после аварии, выхаживал. Но со временем отношения разладились, через семь лет после ДТП супруги развелись.

“Мне от бабушки достался дом, продали его и купили старенькую “Ауди”, поставили на нее ручное управление. Когда разошлись с мужем, я думала: как дальше жить, ведь пенсии не хватает. Поехала в офис такси, хотела устроиться диспетчером. Вышел начальник, посмотрел на меня: “У нас столько ступеней, как мы тебя будем заносить? А попробуй водителем, у нас машин не хватает”.

И следующие шесть лет Наталья работала таксистом. Ее родители к тому времени отказались от ведомственной квартиры под Калугой, вместо нее получили жилье в Могилеве, на родине отца. Наталья с сыном с ними не поехала: сняла треть дома (комнатку с печкой) в селе Березичи, накопила денег и выкупила ее.

“Первые три года работала в такси сутки через сутки. Приезжала домой, отсыпалась, сын дома хозяйничал, печку научился топить. Тяжелые времена были, но интересные. Мы даже два раза ездили с Леней на море на машине, я сама была за рулем. На этой старенькой “Ауди” сына и вырастила”, — объясняет она.

Наталья смеется: “Про меня один раз даже в газете написали. Был день такси, пришла журналистка, сказала: “Знаете, вы у нас одна такая”. Я была первой женщиной-водителем — как космонавт”.Конечно, случались и вызовы по ночам к пьяным клиентам, кое-кто встречал ее усмешками: “Надо же, меня баба повезет”, — но за безопасность Якушева не волновалась.

Фото из личного архива Натальи Якушевой

“Я выжила, нашла работу и была уверена: теперь со мной ничего страшного не случится. Большинство пассажиров не знали, что я не хожу: ручное управление находится слева от руля, на него часто не обращают внимания. Ездила в обычных спортивных брюках. Если кто-то начинал меня оскорблять, твердо говорила: “Вы немедленно выходите, я никуда вас не повезу”. Они, наверное, думали, что я достану электрошокер, хотя у меня ничего не было”.

Без приключений, конечно, не обходилось: то закончился бензин в двухстах метрах от заправки, то машина встала на въезде в деревню, где жила Наталья, а как-то прямо на трассе отвалился глушитель. Но всегда находились люди, готовые выручить.

“Это победа”

Якушева обычно усаживалась в машину сама: подкатывалась вплотную на коляске, ставила обездвиженные ноги на коврик, а затем хваталась за руль (“главное, его заблокировать”) и подтягивалась в салон.Работа в такси закончилась в 2012-м, когда усугубились проблемы со здоровьем. Все началось с перелома ноги. В тот день было скользко, кто-то хотел помочь ей забраться в машину, но не устоял на ногах и упал вместе с Натальей.

“Мы поехали в больницу с сыном, сделали снимок, врачи велели ходить два месяца в гипсе. Но я и со сломанной ногой на работу выезжала, кушать-то что-то надо”.

Перелом сросся. А температура, слабость — не проходили. Что с ней происходит, медики не понимали. В результате — острая нехватка воздуха, реанимация, ИВЛ. Оказалось, несколько месяцев назад врачи не заметили перелома бедра. Развился сепсис, затем — остеомиелит таза и бедренных костей. “Она умирает, ей нужен только хороший уход”, — огорошили доктора сестру Натальи Ольгу.

От сильных лекарств выпали волосы и ногти, Наталья была абсолютно беспомощна — еще хуже, чем после аварии. Никто не давал оптимистичных прогнозов, надо было делать операцию, но медики не брались: “Не переживет, умрет на столе”. Она же молилась: “Господи, забери меня, чтобы не мучить сестру. Или пошли врача”.

Наконец ее решились принять в московском центре Вишневского. “На операции, чтобы отвлечься от противного звука отпиливания кости (общий наркоз мне давать нельзя), я то считала кафельную плитку на стене, то молилась”. А потом были новые испытания: удаление части тазобедренного сустава и седалищных костей, пластика.И вот победа — Наталью перестали считать паллиативной, врачи поверили, что она выкарабкается. Сын к этому моменту уже поступил в техникум, жил отдельно, но, чтобы ухаживать за матерью, взял академический отпуск. “Когда Леня вошел в первый раз в палату, замер: лежу худая, бледная, ноги перевязаны, к катетеру на руке подсоединена капельница, с обеих сторон идут кровяные трубки — дренажи”.

“Все в одном флаконе”

Вернуться в свой деревенский домик Наталья не могла — нужно было делать сложные перевязки и регулярно бывать в центре Вишневского. Поэтому она, еще молодая женщина, оказалась в Свято-Спиридоньевской богадельне службы “Милосердие”. Большинство соседей — преклонного возраста. Но Якушева и там нашла друзей, например, “шейника” Володю — тоже не старый, сломал позвоночник и теперь прикован к постели.”После больницы это место оказалось раем на земле, в прямом смысле. Сестра милосердия — это не больничная медсестра, не санитарка, не врач, не любящий родственник, — это все в одном флаконе”.

У нее были вакуумные повязки, за которыми нужно постоянно следить. “В рану опустили губки, а от них шли трубочки к аппарату — я его в рюкзаке за спиной возила”, — сейчас Наталья говорит об этом легко. Со временем вакуумный аппарат убрали, перевязки она научилась делать сама. Тогда и поняла: есть люди, которым место в богадельне нужнее, а ей пора домой.

“Встретила мужчину на костылях”

Вскоре из деревни под Козельском Наталья переехала к сестре, в Краснодарский край. Там и познакомилась с Алексеем. На первых порах это было просто дружеское общение, но год назад они расписались. Якушева живет с мужем в Армавире и, несмотря на проблемы со здоровьем, помогает другим.

Фото из личного архива Натальи Якушевой

Ее благотворительная история началась осенью прошлого года. “Заметила мужчину на костылях, просившего милостыню у магазина. Мы стали покупать ему хлеб, приносили еду, потом решили посмотреть, как он живет. Отправились к нему — дачный домик три на три, ни света, ни воды, ни дров.

Дяде Саше ампутировали стопы — пять лет назад отморозил”, — рассказывает Наталья.Якушева написала о новом знакомом в соцсетях и объявила сбор средств. Люди откликнулись. В итоге дяде Саше провели электричество и воду, построили туалет, купили стиральную машинку, кто-то отдал старый телевизор.

Фото из личного архива Натальи Якушевой

“Помогали в основном те, с кем я познакомилась в Москве. Очень поддержала Светлана, реаниматолог из центра Вишневского, она была у меня анестезиологом на операции”. Дальше — больше. У Якушевой остались ненужные лекарства, она отдала их в местный Дом милосердия. С тех пор делится медикаментами постоянно.

“А там, наверное, подумали, что я специально для них покупаю, стали писать: “Ой, Наташ, нужны таблетки для бабушки”. Ладно, думаю, куплю. Потом публиковала просьбы в соцсетях, у меня же пенсия маленькая. Если никто не откликался, тратила свои деньги. Узнала, что сотрудники Дома милосердия по субботам нуждающихся в парке кормят, — организовала сбор продуктов”.

Подписчики в соцсетях стали делать пожертвования, и Наталья с Алексеем взялись помогать многодетным семьям в районе. Однажды раздался телефонный звонок: “Наташ, Сергею Николаевичу надо еды привезти, он одинокий, у него ноги больные”. Надо — значит, надо. “Приехали — а он весь грязненький, чумазый, комната черная-черная. Буквально на днях закончили простой ремонт, нам подсобили две многодетные мамы, которым мы привозили продукты. Сейчас возим Сергея Николаевича в больницу ноги лечить. Он мне говорит: “Вот встану, так мы с тобой курятник построим и с другими тоже яичками будем делиться”.

“Сколько же у вас бабушек?”

Главная мечта Якушевой, которую она давно вынашивает, — организовать приют для тех, кому больше некуда пойти. У нее уже больше десяти постоянных подопечных: “В Конаково семья, в Передовой, в Армавире несколько, еще бабушка Елена одинокая, дядя Саша и Сергей Николаевич, пара инвалидов — очень плохо живут, все думаю, как им помочь. Еще Новокубанск!”

Во время самоизоляции она никого не оставила.

“Пропуска у меня нет — просила в администрации, не дали. Говорю, что еду по семейным обстоятельствам. Были смешные случаи. Останавливает гаишник: “Вы, наверное, к бабушке туда-то?” Нет, говорю, в другую сторону. “А сколько же у вас бабушек?” — “Четыре”, — Наталья не сдерживает смех.Вот и сегодня кто-то ждет ее помощи. “Извините, — говорит она, — машина уже загружена”. И прощается — пора в путь.

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *