Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

«Мы всегда и везде вместе». Cупружеская пара из Каменки отмечает золотую свадьбу и 55-летие со дня встречи

Александру Юрьевичу и Екатерине Николаевне Печининым на двоих почти полтора века. Но у супругов до сих пор молодо блестят глаза, они  весело подтрунивают друг над другом, а держаться за руки для них такое же удовольствие, как и 55 лет назад. Печинины радостно вспоминают каждый совместно прожитый день, на вопрос о трудностях отвечают: «Что жаловаться? Ведь мы и наши дети а их у нас шестеро  всегда были рядом друг с другом». О своих трёх свадьбах, как мёд располагает к компромиссам, Печинины рассказали газете «Козельск».

«Не хотела понимать, что я за ней ухаживаю»

Расскажите, как вы познакомились, с чего всё началось?

Александр Юрьевич: Мы с Узбекистана. Познакомились в вечерней школе. К нам в класс пришли 3 «ласточки»: Катя, Люся Некрасова и Алла. Все они были медсестры. Тоже стали у нас учиться. Между мальчишками сразу понеслось распределять: кто и чья? А у Кати было очень много поклонников. Но в итоге она выбрала меня!

Екатерина Николаевна: Учились вместе, с уроков сбегали.

Александр Юрьевич: Бывало – ссорились. Ходили мимо друг друга, делали вид, что не замечаем. А у неё такая коса была! Такая красавица. Но долго не понимала, что я за ней ухаживаю (смеётся). Придём на танцы, танцуем. Ну и подружки её тоже с нами. Смотрю: нет Катюшки. Выхожу, вижу: идёт по аллее, яблочки хрумкает с каким- то ухажером. «Пойдем с нами в кино!», — кричит мне.

Екатерина Николаевна: Мы с ним знакомы 55 лет. Его вообще считали моим братом. Он постоянно у нас дома был. На работу – мимо нашего дома: к нам заходит, потом идёт на работу. С работы – то же самое: сначала – к нам. Мама с папой его очень любили. Если он немного выпьет – спать уложат. Я прихожу: «Что он здесь делает?» — «Отдыхает!». Когда мы поженились, знакомый мне говорит: «Катя, ты, говорят, замуж вышла?». «Да, — говорю, — за Сашу».  «Да ладно, я тоже так могу на сестру сказать, что она моя жена!»  (смеются).

Александр Юрьевич: А других её ухажеров Катин папа работать заставлял.

«Давайте, – говорит, – мужики, помогайте». И вот они пашут.

Екатерина Николаевна: Папа говорил: «Посмотрю, кто из вас лучше работает, тот и будет моим зятем!».

Я вообще считала, что он ухаживает за кем-то из моих подруг. Ну а потом, перед армией, я поняла, что он ухаживает всё-таки за мной.

Александр Юрьевич: Такое пришлось пережить! Я хотел целоваться, а она…

Екатерина Николаевна: …не хотела!

Александр Юрьевич: Ну а потом пошел в армию, она меня ждала. Знаете, как мне писала? Бросит письмо в сумку, а отправить забудет! Так и носит с собой месяц, а то и два. А моя мама с ней работала в больнице…

Екатерина Николаевна: Вот он ей и жаловался на меня, чтобы отругала за письма!

Три свадьбы

А после армии – свадьба? Не побоялись ответственности, всё-таки так молоды?

Александр Юрьевич: Ей 24 года, мне – 22.

Екатерина Николаевна: У нас было три свадьбы. Первая собралась вся молодежь, ну, вроде девичника. Вторая, как у нас говорили, «стариковская», собирались старшие. А в воскресенье – большая, больше двухсот человек собралось. Мы венчались. Я – молоканка. Это ответвление в христианстве. Обвенчал пресвитер.

Откуда в советское время у вас там,  в Узбекистане,  пресвитер был?

Екатерина Николаевна: Мы собирались не в церкви её не было. Приход был маленький, на дому. Власть не гоняла, не принуждала, например, вступать в пионеры. Мы вообще были «современные» молокане, ну, в ногу со временем.

На свадьбу собрались все наши коллеги с моей работы, с его. Ко мне приехали с поликлиники терапии и хирургии. Плюс, родственников куча. Столы стояли и в доме, и на улице. Нам надарили столько подарков: диван, шесть стульев, шифоньер. Ну и много по мелочи. Раньше был дефицит постельного белья так вот, у меня весь шкаф был забит им.

А где вы жили?

Екатерина Николаевна: Сначала у него. У нас была маленькая комнатка.

Александр Юрьевич: А потом рядом с тёщей и тестем дом сняли.

Екатерина Николаевна: Да, мы жили через забор с моими родными. Два года. Я закончила вечернюю школу, училище и работала. Начинала санитаркой в инфекционном отделении. В хирургии потом работала. Я дежурю, а он сидит на скамеечке и ждёт. Врач говорит после смены: «Идём мыться». А муж: «Как мыться, вместе?» (смеётся). Ревнивый был. Ну, вот так доработала до декрета. Тяжело было работать в хирургии. Идём на танцы, подъезжает «Скорая» и мне: «Поехали, у нас операция».  Бросаешь танцы и в больницу.

Александр Юрьевич: А дом как покупали! Было собрание молокан. «Надо помочь молодым», — говорят. Всё сложились, кто сколько смог. Вот так и набрали нам на дом.

Главный вопрос для вас, конечно,  о том, как  полвека вместе прожить?

Екатерина Николаевна: Уступать друг другу. Если не получается – значит, не того выбрали.

Александр Юрьевич: А у меня свой секрет: надо больше мёда есть. Он успокаивает нервы. У меня вот стоит вазочка, в ней всегда мёд и ложка.

Не хотела помощи

Трудно было вести хозяйство? Все-таки шесть детей…

Екатерина Николаевна: Не знаю. Мы об этом и не задумывались. Наша жизнь, знаете, шла самотёком. Вот как будто так и надо. Некоторые говорят: «Трудно детей воспитывать». У меня их было шесть, мама моя жила недалеко от нас, его родственники тоже. Но мне никто не помогал, я не хотела. Леночка у меня в полтора годика была нянька. Вот я стираю – а тогда же не было стиральных машинок а она сидит на ступеньках, качает в коляске младшую сестру. Играть хочется! «Зайку бросила хозяйка» читает вслух… да как заплачет: «Играть хочу». Потом Ольга, которую Лена качала, тоже стала мне помогать по дому. В три годика подметала, посуду мыла. Они, между прочим, сами рвались помогать, я не заставляла. Видели, что мне некогда. Катюшке было лет 7-8, Леночке 15. Пока мы поехали на пасеку мёд качать, они у меня всё перемыли, вычистили, а у нас было восемь комнат. Я не нуждалась в помощи матери и свекрови. Дети у меня не любили ходить в гости больше дома нравилось. Я им все разрешала, двор был со всех сторон закрыт забором, как крепость. Вот они и играли.

Александр Юрьевич: А я в то время работал сварщиком, а потом тесть мне сказал, что сдают пчел. Ну, я и принял 47 семей. Боялся, конечно, ничего ведь в этом не понимал. А мне: «Ты у деда был на пасеке? Помогал?». И вот так вот меня затянуло все это, до сих пор пчелами занимаюсь. Мы же работали на государство, пчельня была колхозная. Там у нас пчелы были в передвижных павильонах. Что-то отцвело поднялись к горам ближе. Потом  на плантации хлопка спускаемся, это уже в начале августа. Кочевое хозяйство.

Про деда расскажу. Фильм смотрели про Чапаева? Ну так вот, когда Василий Иванович переплывал реку раненным, а к нему на помощь летела дивизия, так вот среди бойцов был мой дед.

«Мы любим, когда у нас шумно»

Екатерина Николаевна: Мы всегда были вместе, никогда врозь. Когда была в декрете, то я загружала в машину детей и ехали все на пасеку.

Александр Юрьевич: А до этого был мопед. Катя была беременна нашей первой дочкой. Садилась сзади и ехали. Ну а потом в машину стали стелить матрасы, дети ложились на них – и на пасеку.

Екатерина Николаевна: Я же говорю никому детей не давала!

Александр Юрьевич: Приезжаем, живем три-четыре дня. Они все у нас на пасеке выросли. Рядом с пчелами жили.

Не жалеете, что уехали из Узбекистана?

Екатерина Николаевна: С нашим характером и там, и здесь хорошо. Мы и здесь с соседями дружим, друг с другом делимся всем. Приходят к нам на праздники. В Узбекистане все очень гостеприимные. Попросишь попить напоят чаем. Да еще зазовут в гости, поставят угощение. А мы к этому так привыкли, что и здесь живем так же. Выработалось как-то. Бывает, пеку что-нибудь, заходят  гости: «Ой, как вкусно пахнет», — говорят. А я сразу: «Угостить?».

Александр Юрьевич: Но сны об Узбекистане ежедневно снятся.

Екатерина Николаевна: У нас всегда там, в Узбекистане, было много гостей. Наш дом был как гостиница. Бывало, с 8 утра машины возле нашего дома стояли – к нему пчеловоды приезжали, он был самым старшим среди них. Завтрак 5-6 человек гостей, обед еще 5-6. Да и родственников много. Но дети выросли, уехали в Россию, остались только мы: я, Саша и Леночка, дочка. И тут я взвыла: «Хочу к детям!»

 Сейчас у нас на семейные праздники собираются 27 человек. Так-то они по очереди приезжают. А все вместе когда какое-то торжество. Ставим столы здесь. Или на улице. Мы любим, когда у нас шумно.

А Ваш муж привередлив в быту?

Александр Юрьевич: Мне главное хлеб. Даже торт с ним есть буду.

Екатерина Николаевна: А еще вода. Вот плов лежит не ест, ему нужны много мяса и жижа.

Про увлечения

Екатерина Николаевна, откуда у Вас увлечение керамикой?

Екатерина Николаевна: Я работала последние годы в Узбекистане уборщицей в школе искусств. Мои дети туда ходили. Они лепили, ну и я с ними. Они шили – я тоже.

Сейчас глину покупаю, растворяю, леплю, а потом сушу в духовке. Игрушки люблю мастерить из папье-маше. Потом их все раздариваю. И цветы люблю у меня в саду их много, мне даже в подарок саженцы издалека привозят.

Александр Юрьевич: А у меня пчелы. Ну понятно, куда я без них. И голуби.

Тут начинается торжество – мы гостили у Печининых в День золотой свадьбы. Хозяин дома открывает коньяк, мы кричим молодоженам «Горько!» и готовим камеру. Но «юбилейный» поцелуй запечатлеть не получается: Екатерина Николаевна посылает мужу воздушный.

Александр Юрьевич:  Вот видите, до сих пор целоваться не хочет!

Беседовала Анастасия Королева

Фото: Марина Болдырева

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *