Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Осколок Махкеты (18+)

Козельчанин, получивший в Чечне Орден Мужества, рассказал о своем ранении в жестком бою,  о тяготах  и «роскоши» солдатского быта

Свой «счастливый билет» в командировку на Северный Кавказ водитель козельской ветлечебницы Алексей Ханеев вытянул в 2003 году. Он, как и весь его призыв, входивший в состав прославленного 51-го полка ВДВ, попал туда в тот момент, когда Чеченская республика готовилась к выборам президента.

«И всё это было в день съёмок»

За три дня до выборов  – 2 октября – 19-летнего Лёху и его сослуживцев в составе боевой колонны отправили на зачистку села Махкеты Веденского района  – накануне по тому же маршруту вышла разведпоисковая группа спецназа, связь с которой восстановить не удавалось. Тогда Ханеев не знал, что впереди его ждет непростое испытание, за которое он получит свою боевую награду…

«На задание выдвинулись  с необычным пассажиром – ТВ-оператором, приехавшим из российской столицы, чтобы снять репортаж о боевых действиях в одной из самых «горячих» точек Чечни», – вспоминает Алексей.

Колонна, состоящая из нескольких «Уралов» и боевых машин пехоты, тронулась в путь. Впереди – сапёры. Шли спокойно. Оператор то бегал, снимая происходящее с разных точек, то забирался на БМП, чтобы запечатлеть горный ландшафт.

Колонна не дотянула до Махкеты нескольких сотен метров, началась перестрелка.

Боевики атаковали с высоты. Укрыв испугавшегося не на шутку «киношника» в самое безопасное место – в овраг, десантники быстро рассредоточились, заняв удобную позицию. Начался бой. Прогремели выстрелы наших зенитных установок. Только после этого оператор очухался и снова включил видеокамеру.

Местные жители потом утверждали, что действия наших десантников – чистой воды провокация, а чеченские власти даже обещали наказать российских военных.

 «После выборов, конечно же, всё было забыто, а я в этом бою чуть жизни не лишился. Пуля это была или что-то ещё, но мне резануло пальцы правой руки и даже пробило металлическую ручку винтовки, – вспоминает Алексей. – Я ещё легко отделался, а моему напарнику осколок в пятую точку угодил».

Ханеев говорит, что запах крови, которая тогда разлилась по его руке, он ощущает до сих пор.  Но это было только начало…

«Вдруг слышу – напарник  орёт «Ханей, …опа!!!» и в шоковом состоянии лезет прямо под БМП. А механик-наводчик его не видит – бой же идёт. Нам уже пацаны из-за «зушки» кричат, мол, давай сюда! Я его кое-как волоком туда оттащил. Помню, ему неделя до дембеля оставалась. Ну, вот с таким подарком напарник полетел на вертушке домой. А меня приставили к награде. И всё это было в день съёмок».

Телеоператор потом прислал Лехи кадры, на которых он уже перевязанный, под действием обезболивающих препаратов.   Первые минуты после боевого крещения. Запечатлённые на пленку “осколки” его войны.

«Чуть Богу душу не отдали…»

Подлечившись в госпитале, Лёха Ханей (как звали его сослуживцы) снова вернулся в свою войсковую часть и продолжил службу. К слову, командировку эту он и его ребята прожили без потерь. Были только ранения,  да и те по собственной глупости солдат. «Был случай: держали мы высоту. А наши соседи на заставе обитали неподалёку от фруктового сада, до которого просто так не дойти – карту минных полей знать надо. Ну, одному типу захотелось там груш нарвать. Ага, нарвал! Стопу оторвало, он лежит и орёт. А наши думают: пойдёшь – тоже что-нибудь лишишься, это в лучшем случае. Но кое-как по его же следам до него добрались и притащили».

Ещё одна история произошла ночью на боевом посту с одним из товарищей Лёхи – Федей по прозвищу Клещ. «Дело в том, что с наступлением каждой ночи ротный задавал всем «дозорным» новый цифровой пароль. А наши спецы (спецназ) решили накануне поохотиться на кабана. Сменявших на посту пацанов предупредили, что нового пароля они знать не будут, и ушли в горы… Вернулись, а на посту – Клещ:

– Стой! Пароль!

– Ты, что?…

– К бою!

– Солдат, ты что???

– К бою! Руки вверх! Оружие на землю!

Прибежал разбуженный взводный. «Федя, ты что творишь?! – и тут же обращается к спецам, –  товарищ лейтенант, я не знал. Но давайте всё по-честному, чтоб без обид?».

После этого случая прозвище Клещ так к нашему Феде и прицепилось. А он и в самом деле на него был похож – и лицом, и выходками. В общем, любитель порубить дрова».

Опять же ночная история произошла уже с самим Ханеем в сезон дождей. В горах в сырую погоду стоит такой туман,  что дыма от собственной сигареты не увидишь. «Сидим мы, значит, с другом Максом на пулемёте, ведём светскую беседу, мечтая, что на гражданке делать будем, – улыбаясь, рассказывает Алексей. – Вдруг слышим, что идёт кто-то, а ничего не разглядишь – сплошной туман! «Стой!» – тишина. Потом опять на нас… «Что делать?» – переговариваемся знаками… Опять! Орём уже «Стой! Кто идёт?» Напарник: «Стреляю!» И тут раздаётся такое  ржание лошадей! Мимо нас целый табун пронёсся. Мы чуть Богу душу не отдали».

«Трофеи», баня, мясо

Ни для кого не секрет, что чеченцы очень любят роскошь и следуют последним трендам: внедорожник – самый мощный, дом – самый современный, а мебель – обязательно из цельного дерева и ручной работы. Так вот Ханей и его товарищи, совершая разведывательно-поисковые действия в заброшенных селениях, с пустыми руками на базу никогда не возвращались – то огромный дубовый стол приволокут, то стенку из бука. Однажды даже резную двуспальную кровать для ротного привезли. «Нам хотелось домашнего уюта, иначе как не сойти с ума и остаться человеком после очередной мясорубки? И вот благодаря этим «трофеям», мы столовку и гостиную отстроили, да такую, что только канделябров со свечами не хватало, – смеётся Лёха. 

Домашний уют – это послесловие. А первое, без чего не может русский солдат, конечно же, баня. Ханеев до сих пор помнит первый день своей командировки, которая началась именно с неё. Назвать её так язык не поворачивался – брезентовая палатка, внутри которой  буквой П стояла труба. Не баня, а газовая камера. «По команде «Мойтесь!» начали с пацанами намыливаться, и вода закончилась, – захлёбывается смехом Лёха. – Кое-как ополоснувшись, поняли, что надо брать инициативу в свои руки. Притащили старый вагон, вкопали его, построили печку, сделали парилку. И всё стало по-русски».

Ну, где баня, там, как говорится, и мясо. Ведь без него солдат долго не протянет.  И оно всем на радость периодически само к ним являлось в виде заблудившейся коровы. «А с нами служил калмык, что с рождения жил рядом со скотом, – вспоминает Ханей. –  Так вот эта заблудившаяся корова под его рукой даже не понимала, что её режут: так ловко этот калмык разделывал её! Нам оставалось только в один  узел всё завязать и затащить в баню, чтобы мясо помыть». 

А в это время на костре уже казан разогревается, взводный делит, кому какой кусок достанется, и командует: «Из сухпайков достаём кетчуп и его не едим – на поджарку! Ну, всё, пошла жара!»

«Моя отдушина»

Домой Лёха Ханеев вернулся в сентябре 2004-го: несмотря на полученный Орден Мужества, скостили ему всего месяц службы. Но он ни о чём не жалеет. Слава Богу – жив и здоров! «Сегодня в свои 37 лет у меня есть всё: семья, работа и моя отдушина – игра на гитаре. По пятницам многие мужики в гараже пиво пьют, а я иду на «точку», где репетирую с такими же улетевшими по музыке пацанами. Знаю, что война меняет людей, она меня тоже поменяла. Поэтому надеюсь, что каждый, кому там довелось побывать, смог найти себе место в мирной жизни».

Евгения Симонова

Поделись с друзьями:

Один комментарий

  1. Андрей Андрей 21.02.2021

    Спасибо, Леха, что человеком остался! и Слава Богу – семья, гитара, жив и здоров!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости
Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie.
Принять