Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Белый шаман

Интервью с экс-музыкантом «Машины времени» и «Квартала» Николаем Ксенофонтовым, который родился в Березичах и сюда же вернулся

Он колесил по миру с разными группами и музыкантами. Помимо тех, что перечислены в заголовке, это еще Сплин, Земфира, Николай Носков… И все это время играл на перкуссии, которую называет «солью и перцем» музыки. Сбежав из Москвы от шума и суеты, Ксенофонтов уже около десяти лет живет в доме своих родителей в родном селе Березичи Козельского района. Растит помидоры, виноград, устраивает фестивали, выставки, мечтает о создании своего музея прикладного творчества, изготавливает деревянные сундучки и верит в неслучайность жизненных совпадений. Николай, всегда готовый к общению и новым знакомствам, пригласил нас в гости: «Приезжайте, буду рад вас видеть!».

Музыкальные раритеты

– Николай, давайте для начала расскажем читателям, что такое «перкуссия»?

– Перкуссия – это ударные инструменты, которые не входят в состав традиционной установки. Конго, бонго, кахоны, маракасы, такие этнические музыкальные инструменты. Меня за пристрастие к ним называли «Белый шаман».  Инструменты сам делаю. Вот такой кахон (ударный инструмент – прим. автора) получился из старого ГДРского шкафа.   Он изготовлен для тех людей, которые не могут долго сидеть. Представьте: концерт идет же 1,5 часа. А так ходишь, танцуешь.

Я вообще часто беру то, что валяется, не сжигаю и не уничтожаю, а что-нибудь интересное из этого делаю.

И Николай тут же демонстрирует бывший заграничный шкаф в действии, зажигательно настукивая на инструменте мелодию. Из  особо любимых у музыканта – кубинские маракасы 60- х годов, что подарил друг, которому они в свою очередь достались от приятеля.

– Перкуссионные инструменты они такие, гуляют по сами по себе. Это необычные предметы. Сегодня они у меня, завтра у вас, – улыбаясь, поясняет Ксенофонтов.

Среди музыкальных раритетов в доме у Николая есть особая гордость – шикарное австрийское пианино XVIII века. А подсвечниками, что стоят на инструменте, пользовался в свое время Юрий Андропов, генсек ЦК КПСС.

– Андроповскую квартиру купил приятель. Все такие любопытные штуки во время ремонта были сняты и убраны в сарай. Вот оттуда подсвечники и попали ко мне.

– Николай, расскажите, Вы ведь наш, местный?

– Да, родился в Козельском районе, здесь, в Березичах. Еще в школе ходил с гитарой. В моем детстве не было телефонов, а были инструменты: гитары, балалайки. У нас здесь был ансамбль, я учился в 6 классе, а мой брат был в клубе художественным руководителем. У нас был наш первый с ним ансамбль, с него все и пошло. Они не могли без меня работать, потому что у них не было человека, который мог и умел бы играть на всех инструментах. Нет бас-гитариста зовут меня, нет барабанщика, ушел он в армию – зовут меня.

Дарил кофе мешками

– А потом институт, Москва? Как Вы туда попали?

– Год проучившись в Калуге, очень сильно влюбился в четверокурсницу. А она поступила в московский вуз (Московский государственный университет печати имени Ивана Фёдорова, – прим. автора). Пришлось тоже туда поступать. Вот так любовь привела меня в Москву, но осенью «на картошке» она меня разлюбила. Но я-то ее нет и очень сильно переживал и страдал. Все мои мучения меня вдохновили к тому, что я с ребятами устроился в одинцовский кабак, где мы играли каждый вечер. Я был сильно занят, вот так работой лечился от душевных мук.

– А как Ваша дама? С ней отношения сложились?

– Нет, да и к лучшему. Благодаря этому я встретился со своей женой. Она приехала из Магадана в Москву, нас познакомил муж ее сестры. Встреча, правда, получилась не сразу, несколько раз срывалось знакомство. И все. Я ее в первый раз увидел и обалдел, она меня поразила своей красотой. Вот бывает же такое. Остались навсегда вместе. Но это уникальный случай. У меня много знакомых, у которых первая ошеломляющая встреча привела к крепкому браку. Это, в основном, творческие люди.

Тут включается в разговор жена Николая Елена, его главная помощница и вдохновительница:

 – Он мне тоже сразу понравился, был такой импозантный, в шляпе. Но сразить меня было трудно, честно скажу. У него получилось. Он, во время глобального дефицита, преподнес мне на день рождения мешок с кофейными зернами. Мешки с кофе мне до него никто не дарил.

– Николай, а что было потом, в профессиональном смысле, с кем Вы работали?

– Вместе с Артуром Пилявиным в 80 – х годах создали группу «Квартал», я 20 лет в ней играл. Много ездил по концертам с «Машиной времени». А вообще я по натуре этник. Как перкуссионный музыкант, я записал около 50 коллективов. Среди них два альбома «Сплин», Маша Макарова («Маша и медведи»), Земфира, «Несчастный случай», «Машина времени». Меня специально вызывали, и я украшал их музыку, перкуссия это ведь – украшение, когда надо поддать чего-то: конго, барабаны. Есть концерт с моим участием в Лужниках, 2000 год, «Дышу тишиной» Николая Носкова, мы с ним ездили.

– Трудно работать со звездами?

– Земфира как-то бегала, как бешенная, умываться, показывая тем самым, что время дорого, и нужно торопиться записывать. С Николаем Носковым работать супер, мы с ним друзья. Маша Макарова – тоже дружим, она должна сюда приехать в гости. С Макаревичем мы тоже до сих пор поддерживаем отношения. Он знает и оценивает мои работы. Связь с ним не потеряна, записывал перкуссию к двум его альбомам. Андрей Макаревич вообще молодец, никакого гонора, пафоса. Я считаю его наиумнейшим человеком, но бунтарем по жизни. Многим из звезд приходится поддерживать имидж: показывать и делать такое, что никто другой не может.

«У меня тут в Березичах свои Турция и Греция»

– А сейчас отдыхаете? Не хотите обратно вернуться в Москву к прежней деятельности?

– Нет, и хотя у меня квартира в Москве,  я здесь уже прочно обосновался. Не хочу обратно.

– Что в столице не так?

– Все не так. Нагастролировался, наездился, наигрался, «напробкился». Я приезжаю в Москву, а там для меня все чуждо. Как заграница стал город для меня. А здесь я себя чувствую комфортно. Я  не стремлюсь к сцене, мне и здесь нескучно. Провожу выставки, фестивали. Я как вспомню гастроли – кошмар, нет, не хочу больше, я и так уже объездил практически весь мир, денег давай – никуда не поеду. У меня тут в Березичах свои Турция и Греция.  У меня здесь и ученики, кстати, появились.

– Какие-то особенно способные?

– Нет, с нуля. Сейчас занимаюсь с тринадцатилетней девочкой Дашей, она из Сосенского. В барабанной установке существуют всего 5 ритмов. Вот кто их освоит, сможет играть любую музыку, пока мы с Дашей прошли всего два.

– Что важнее здесь: способности или трудолюбие?

– Думаю, что усидчивость и понимание. А это все у моей ученицы есть.  Я все записываю на камеру, хочу сделать такую виртуальную школу.

– Это коммерческий проект?

– На этом денег не заработаешь. Мне это ничего не даст, в плане денег. А вот моральное удовлетворение – да, очень. У меня очень большой музыкальный круг общения, сейчас все ведь стали общаться в Интернете. Вот и увидят моих  учеников. Еще хочу доказать, что любой усидчивый человек, который хочет заниматься, может овладеть этими пятью ритмами и будет потом играть с удовольствием музыку.

Давай поговорим?

– Что еще есть из музыкальных замыслов, не поделитесь с нашими читателями?

 – На Механическом заводе живет Влад Петровский из группы «Цветы». И у меня сейчас мечта: Влад – клавишник,  я – перкуссионист, и наш новенький, контрабасист. Вот и рождение «группешника», где мы можем играть ту музыку, которая нам нравится.

– Как же Вы нашли контрабасиста в Козельске? Или он не местный?

 – Это удивительная история. Я давно мечтал о контрабасисте, но думаю: «Кто сюда поедет с контрабасом?!». А вот он! Выхожу из дома, стоит незнакомый человек с контрабасом, просто чума какая-то. Таких совпадений у меня множество. Мы уже с этим парнем сыграли на барабанах, он перебрался из Москвы к нам в область, обосновался в Мещовском районе. Очень хороший парень, и верные слова говорит.

– Это какие же?

– Есть такие слова, которые звучат, как пароль, если ты их слышишь, значит все в порядке. Ну, например: «Давай поговорим!». Давай, но это ведь значит не просто поговорить, а пообщаться в музыке. Вот я ему: «Давай поговорим?», а он: «Да, давай!». Он сел за барабаны, и мы начали с ним «разговаривать». Вот это уже очень хороший показатель. Поговорили,  все сложилось с первой встречи. Все, кто попадают сюда, они приезжают совсем не случайно, это я понял совсем недавно.

Новая жизнь старого иконостаса

– И много у Вас таких знакомых, кто перебрался из Москвы к нам в район?

– Здесь очень много возвращенцев из Москвы, тот же Влад Петровский. Понимаете, те, кто приезжают сюда они чаще всего направляются в Оптину Пустынь. Ее ведь называют даже «госпиталь», лечит людей.  Причем самых разных: поэтов, музыкантов, понятых, непонятых. Но только свободные птицы, вроде этого контрабасиста, могут позволить себе переезд.

– А Вы  этим «госпиталем» не пользовались?

– Нет, у меня свой «госпиталь». Вот виноград выращиваю, помидоры, сундуки делаю. Я их называю «мои дети», они у меня все разные, нет одинаковых. У меня отец столяр, наверное, с детства все пошло. Выставки устраиваю из своих изделий, в музеях, люблю их дарить своим друзьям. Вставляю в свои изделия кусочки старых иконостасов, один такой сундук я подарил в наш храм, батюшка там хранит ладан. Старый иконостас вернулся в храм совершенно в другом виде, и даже служит. В доске забора я могу увидеть что-то необыкновенное.

– А жена поддерживает Ваше увлечение?

– Не мешает и даже раскрашивает некоторые изделия. Прочитала массу литературы. Сейчас ведь это модно: три слоя накладываешь, один стираешь.

Я хочу из своего этого творчества создать музей. Здесь у нас в округе много людей, которые тоже могли бы своим творчеством поддержать его. Но не получается пока, тормозит оформление документов на дом. У меня проволочка из -за документальной путаницы в букве фамилии.

И в самом деле: чем не музей дом Ксенофонтова? Среди экспонатов особой гордости у Николая на полке стоит стеклянная коллекция.

– Это мои бутылочки, с нашего Стекольного завода, есть гербовые от туалетной воды…

И еще одной задумкой поделился музыкант с нашими читателями! Оказывается, Николай Ксенофонтов начал строить ирландский паб – старая мечта! И здесь мастер креативен: стены планирует сделать прозрачными из стекла. «Жду гостей на открытие, приходите, буду угощать!»

Беседовала Анастасия Королева

Фото: Василий Батурин

Поделись с друзьями:

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Новости
Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie.
Принять