Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Прощание с Леонидом Куравлевым

Вчера еще, 29 января, все писали о Чехове, сегодня – ленты социальных сетей наполнились фотографиями Леонида Куравлева. Это все одна история. Где-то в году так три тысячи каком-то, когда «на другой планете будут вспоминать белое дерево (березу)», в учебниках по мировой культуре Чехов с Куравлевым, наверняка, будут стоять в одном предложении. Под заголовком «Русская тема», первый все об этом написал, второй – сыграл. Сегодня многие вспоминают Афоню в исполнении Леонида Вячеславовича, а я навсегда запомнил, как в интервью нашей программе Куравлев сказал о своем герое: «Одиночество, которое постигло Афоню, опустошило ему душу, душа стала метаться. Ему уже было все равно, где оказаться, покинув тот город, в котором он работал. И вот эта трагедия молодого человека – это привлекло меня».

Разве не чеховский мотив?

Про роль в фильме «Живет такой парень» я даже стесняюсь повторяться. Это про то, как остаться человеком. Как остаться русским.

А дальше десятки и десятки ролей. Но все это – практически все – о русском человеке. Даже его фашист в «Семнадцати мгновениях весны»! Когда жесткость и та тоскливая. Когда в глазах вся история от сотворения мира и понимание, что в этой игре под названием «жизнь» все равно все проиграют. Кстати, подтверждаю, это не слухи, что Татьяна Лиознова пробовала Куравлева на роль Гитлера. И подтверждаю, что потом она пару раз обмолвилась, что, мол, Леня бы и Гитлера сыграл гениально. Об этом мне говорила радистка Кэт – Екатерина Градова.

Конечно бы и Гитлера сыграл. А так как сатану играть всерьез невозможно, то Леонид Вячеславович наверняка бы выбрал пародийный стиль, здесь он тоже был мастером. Мало кто вспоминает, что у Гайдая Куравлев играл Горбачева. Не вспоминают это по той лишь причине, что многие уверены, будто бы это и был сам Горбачев.

При всей своей гениальности Куравлев, как истинный мастер, знал себе цену. И характер был у него не из простых. И это вполне понятно. И журналистов он ненавидел, о чем последние лет тридцать твердил безостановочно. Но уж если давал интервью, то выкладывался на все сто процентов. И искренне не понимал, если операторы вдруг отворачивали от него камеру – перебивку там снять или еще по какой-то глупости. Ведь, в самом деле, что еще можно снимать, если рядом Куравлев? Даже себя сфотографировать рядом с ним в голову не приходило!

Больше не снимем Куравлева. Фиксировать отныне можем лишь воспоминания о нем. И высвечивать софитами в своей памяти все самое трогательное, что было в нашей жизни связано с ним.

На Куравлеве я опробовал совет Александра Митты, задавать вопросы на драматургию. Я придумал целую историю про неких монахов китайских, которые призывают делить жизнь на трагедии и моменты счастья, и вот спрашиваю Куравлева: «Леонид Вячеславович, что в вашей жизни было самой большой трагедией, а что самым большим счастьем?».

Куравлеву вопрос понравился. Он задумался на секунду, как я потом, понял – сглатывал комок в горле.

Ответ привожу дословно: «У меня в прошлом году умерла жена, прожили 54 года. Это величайшая трагедия в моей жизни. А счастье, – когда я ее встретил».

Вот вам Куравлев настоящий. Ранимый, живой. Человек.

Он и не был актером в своих ролях, он был в кино человеком. Немногие к этому приходят, но русская школа актера – именно об этом.

«Надо быть нормальным артистом, каким я себя считаю, который любит свою профессию, стало быть, с удовольствием ей служит», – еще одна его истина.

Те, кто снимался после девяностых, часто забывали быть человеком и «нормальным артистом». Отсюда – столько трухи, которая и сегодня сыпется с телевизоров, и все, что от нее остается пыль на полированной поверхности наших тумбочек.

Поэтому Куравлев так редко снимался в последние годы. А в оценке современных фильмов выражений не выбирал. В моем архиве интервью с ним есть, например, такие слова: «Как же я могу продаться этому?» (О предложении сыграть олигарха, разбогатевшего от продажи наркотиков). «Я не снимаюсь и не буду – бессовестно сниматься в таких картинах».

У Леонида Вячеславовича все было с совестью окей. Это такое забытое понятие сегодня, доставшееся нам от бабушек. Которые с Куравлевым из одного поколения.

Сегодня тосковать надо не столько о том, что ушел великий актер (великие актеры никуда не уходят), а о том, что нас покинул еще один человек, который жил по совести.

Один из последних русских.

Максим Васюнов
30.01.2022.

Поделись с друзьями:

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

<
Новости
Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie.
Принять