Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

«Поджигал шнур и – опрометью в укрытие»

Ветеран Сергей Михайлович Курилин о войне после Победы

Он не нюхал настоящего фронтового пороха, не участвовал в великих сражениях. Но у него была своя война, которую он встретил в родной деревне в октябре 41-го, а закончил лишь спустя 10 лет, на минных полях освобождённой от фашистов Родине.

Мой герой живёт в деревне Попелёво в окружении самых дорогих и любимых людей – вместе с внуками и правнуками. В свои 95  старается с молодыми быть в одном строю, и, в общем-то, ради сегодняшнего поколения ветеран и согласился поговорить с журналистами районки – ведь не лишним будет напомнить, как досталась Победа и чего стоило удержать её даже после 9 мая 1945 года.

 «Уйти на фронт любой ценой»

«Дедушка ничего не слышит, поэтому придётся писать вопросы на бумаге», – во время телефонного разговора предупредила меня внучка Сергея Михайловича Мария.

Через час, преодолев бездорожье и бесконечные лабиринты попелёвских улиц и закутков, я была на пороге дома участника Великой Отечественной войны. Встретила меня та самая внучка Маша, на руках у которой был юркий голубоглазый карапуз. А за спиной девушки стоял статный, седовласый и такой же голубоглазый… ветеран?

«Да, это мой дедушка, – довольно улыбаясь, произнесла Маша. – Проходите в комнату, для беседы уже всё подготовила».

На диване лежали чистые листы бумаги и маркер.

Когда Сергей Михайлович прочёл мою записку «Я – Женя из газеты», то по-доброму улыбнулся и начал свой рассказ.

«Мне было 16 лет и 8 месяцев, когда я получил повестку явиться в военкомат Козельска. Было это 23 ноября 1944 года. Времени на раскачку не давали, сразу на медкомиссию отправили. А там – комиссар, который не хотел меня признавать пригодным к службе. Я был небольшого росточка, да и в весе не дотягивал. Но я всё равно просился на фронт. И тогда комиссар спросил меня – умею ли я стрелять? «Конечно, – ответил я ему. – Когда наши войска отступали, то набросали винтовок и патронов. Я научился».

Не сказал тогда Серёжа комиссару, что есть у него личная мотивация пойти бить фашиста. И что на фронт он начал готовиться ещё в октябре 1941 года, когда немец убил его любимого дедушку. Страшная история, но было так: фашист заставил старика, смертельно больного туберкулезом, на себе тащить по размытой дороге  велосипед, конечно, немецкий. Дедушка в какой-то момент закашлялся, поскользнулся и упал с непосильным грузом в самую грязь. Фашист рассвирепел, и тут же раздался выстрел из «Вальтера»…

«Я потом просился в партизаны, но меня не взяли, потому что было всего 13 лет. Да и мамка не отпустила, нужно было помогать ей в хозяйстве, – рассказывает Сергей Михайлович. – А партизанские отряды у нас были. Поэтому я всё равно готовился уйти к нашим».

Готовиться и тренироваться приходилось украдкой – в деревню то и дело захаживали незваные гости. Однажды на несколько дней дом, где жила семья Серёжи – мама, брат, сестра – фашисты превратили в постоялый двор.

«Помню одного из немцев –  как он сидел на пороге нашего дома и плакал: «Драй киндер не хотеть убивать. Но если я не буду воевать, то убьют моих детей». Такие, как он, шли на войну не по своей воле, и мирных жителей не трогали, не обижали, – говорит Сергей Михайлович. – Но были и те, что резали скотину, издевались над мирными жителями, насиловали женщин, жгли дома. И когда я, наконец, из военкомата получил повестку, то поставил цель – уйти на фронт любой ценой!»

Снайпер-подрывник-пожарный

Нет, не отправили! Доводы, что парень умеет стрелять и метать гранаты, комиссара не убедили. «Надо научиться тактике боя, поэтому отправлю тебя в Московскую окружную школу отличных стрелков снайперской подготовки», – сказал тогда комиссар, и последующие 6 месяцев курсант Курилин изучал все боевые премудрости, не расставаясь со своим карабином, оснащённым прицелом ПУ.

«Создавались критические условия – зарывались на сутки с напарником-наблюдателем в снег и истребляли условного врага. И ночные стрельбы нам тоже устраивали», – вспоминает ветеран.

«Закончил я школу с отличием, став первоклассным снайпером. А тут война и закончилась. Так что на основной фронт я не попал, в масштабных боях так и не поучаствовал. Но у меня была своя война. Был в зачистках Смоленской, Брянской, Орловской и Калужской областей», – перечисляет места своих сражений с вражескими минами мой герой.

Да, после расформирования школы из первоклассного снайпера рядовому Курилину пришлось срочно переквалифицироваться в подрывника. Марш-бросок в Калугу, после – в Козельск.

«Моя служба здесь проходила в артиллерийском полку. Летом мы выезжали в лагеря соседних областей, где при отступлении немцев на полях сражений было оставлено ужас, как много взрывчатых трофеев! Миномётные мины, снаряды, гранаты, патроны», – прикрывая лицо ладонью, рассказывает ветеран, словно видит перед собой то страшное поле, где его впервые контузило.

По словам Сергея Михайловича, трофеев на полях было настолько много, что их приходилось стаскивать в кучу, а к вечеру взрывать. Ну, а поскольку рядовой Курилин был небольшого роста и очень быстро бегал, то командование экономило на нём. Точнее – на бикфордовом шнуре.

«Всё необходимое для взрыва давали по норме, а вот шнур всегда был покороче. Поэтому перед тем, как его поджечь, я покрепче завязывал ботинки, поджигал шнур и – опрометью в укрытие. Но однажды сильная противотанковая волна меня всё же накрыла. Товарища тоже землёй засыпало. Ну, ничего, слава Богу живы остались. Так ещё пару раз было, оттого я слух-то и потерял», – грустно улыбнулся мой собеседник и тут же вспомнил ещё один случай, который, к сожалению, закончился печально.

Он произошёл, когда подрывник Курилин разминировал с товарищами минные поля в Ульяновском районе в разгаре пахотных работ. Обезвредив необходимый участок поля, все ушли на ночлег в шалаш. Но вдруг среди ночи раздался мощный взрыв! Все подскочили, побежали к тому месту, а там – воронка и раскуроченный трактор с мёртвым механизатором…

На практике Сергея Михайловича это был первый и последний несчастный случай. Более нигде – ни в Смоленской, ни в Тульской, ни в Калужской, ни в Брянской областях на фашистских “угощениях” никто не подрывался.

Курилин и его товарищи несли свою службу исправно вплоть до 1950 года. А когда наступило 9 мая 51-го, подрывника демобилизовали, и ему пришлось начинать новую жизнь.

Выучился Сергей Михайлович на водителя и до выхода на пенсию работал в пожарных частях Козельска и Сосенского.  

Маша, Машенька, Серёжа

Когда я написала на листе бумаге очередной вопрос, то в наш разговор вступила внучка Маша. «Моего дедушку долго не хотели причислять к ветеранам Великой Отечественной. К тому же после войны в родительском доме произошёл пожар, в огне сгорел и военный билет, и форма, и награды. Да и не до того было, когда страна в разрухе. Но справедливость восторжествовала, когда в Подольске военком Лиховец, кажется, такая у него была фамилия, всё же восстановил в архиве Подольска все документы», – рассказывает Мария, а её 10-месячный сынишка тянет свои ручонки к прадедушке, к своему самому близкому другу. Этот малыш, по словам Маши, дал ветерану огромный стимул оставаться на этом свете как можно дольше.

…Первый удар судьбы Сергей Михайлович получил в 2009 году, когда ушла из жизни его любимая супруга Маша. Она называла его «желанный мой», приговаривая, что не могла подумать, что такие мужчины вообще бывают на свете. Внучка Маша, воспитанная бабушкой и дедушкой с 3 лет, ни разу не слышала, чтобы они поругались или просто поспорили.

«Летом каждое утро дедушка ходил в рощицу, где рвал нам с бабушкой полевые цветы – каждой по букетику. А когда начиналась земляника, то для бабушки делал букетик, а для меня нанизывал ягодки на соломинку. Любовь у них была, –  говорит Маша. – У дедушки ко всем настоящая человеческая любовь и забота. Пока он мог, то каждую весну своими руками укреплял плотину в Губино. А потом…»

А потом надо было жить дальше, к тому же после смерти жены Маши напоминанием о ней остался правнук Артёмка, которого она ласково называла Котиком – мягкие лапки. Вот на него-то и переключился Сергей Михайлович.

Сегодня Котику-Артёму уже 14 лет, он учится в 8 классе и очень гордится своим прадедушкой. Во время нашей беседы он как раз вернулся из школы и без какого-либо актёрства нежно обнял прадеда. «Я действительно им горжусь. Он – человек-легенда. Он мне дал мир, свободу, а ещё научил помогать другим. Ну, а из самого раннего – держать в руке ложку и самостоятельно есть кашу», – смеётся Артёмка.

95-летний ветеран собирается поднять на ноги и правнука Сережу, на него у Сергей Михайловича планов громадье: как только пойдет, надо приучить к домашнему хозяйству, познакомить с курочками и петушком, псом Пиратом… Научить ребенка живность кормить… Хлопот много. Но кто еще так научит молодых заботится о ближних, как ни человек из поколения победителей?!

Одна только просьба

«Ой, чуть не забыл поблагодарить мальчишек-юнармейцев, что приезжали ко мне накануне 9 мая. «Парад для одного ветерана» затронул моё сердце и душу. Это было сильно. А как мне понравился Бал Победы – я его кусочек в телефоне посмотрел. Аж до слёз!»

На прощание Сергей Михайлович взял мою руку и по-отечески обнял меня: «Я так переживаю за тех мальчишек, что сейчас гибнут на Украине! Поэтому у меня ко всем одна просьба – сберегите мир. Не надо войны! На Украине у меня родственники были, и я знал, что меня и всех нас там не любят. Но не настолько же… Видимо, там действительно мощная пропаганда, навязывание. Ведь если человеку постоянно говорить, что он свинья, то он рано или поздно захрюкает. Молодёжь должна помнить последствия того фашистского извращения, с которым боролись мы. Так пусть же будет яркое солнце и чистое небо!»

Евгения Симонова

Фото: Василий Батурин

Поделись с друзьями:

Будьте первым, кто оставит комментарий!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

<
Новости
Мы используем cookie-файлы для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie.
Принять